Охота на пиранью

Поднял руки, цепляясь за мокрые доски, — пальцы соскользнули, тут же, приподнявшись из воды, в два яростных гребка вновь настиг неуправляемую громаду, бессмысленно ползущую вдоль троса, рывком выбросил тело на помост. Ольга торопливо протянула ему узел, он отмахнулся:

— Потом…

Паром ткнулся в причал — легонький толчок, приплыли…

Часть вторая

Бег меж заборов

Глава первая

Нет там никакого шлаг-бауммм-ма…

Мазур подтолкнул Ольгу:

— Живенько в машину!

Схватил из узла предусмотрительно прихваченное полотенце, быстренько растерся. Под дождем оно вроде бы и ни к чему, но кровь чуточку разгонит… Натянул одежду. Джинсы и рубашка тут же стали липнуть к телу. Выбросил полотенце в реку, оно неспешно уплыло по серой воде. Добежал до машины, плюхнулся за руль и рванул на второй передаче, колеса прокрутились в жидкой грязи, не хуже, чем в штатовском боевике. Протянув, не глядя, руку, взял у Ольги свой пистолет, сунул в карман куртки. Прошло несколько минут, прежде чем он заново привык к рулю.

Начинался новый этап, гораздо более сложный и опасный, чем шатания по тайге, — идти предстояло по относительно цивилизованным местам…

Чертовски подмывало рвануть на трофейной машине до самого Шантарска — не заезжая в Пижман, обогнув его, напрямик. Но это, трезво оценил Мазур, очень уж рискованно: кто знает, какие засады на пути сможет устроить прохоровская братия. С Сомовым просто необходимо увидеться…

Оставшиеся в подполье пленники его особенно не беспокоили. Вариантов тут немного, всего два. Если со стороны пожара подойдет машина и сидящие там пойдут в дом — а они пойдут непременно, не захотят же торчать до утра на том берегу, — незадачливых пожарных освободят мгновенно… Ну, а дальше? Дизель продолжает работать, потому что выключить его было некому. Либо в конце концов трос сорвет со шкива, либо тупая, непрестанная работа движка вырвет из парома все скобы. И в том, и в другом случае паром накроется. Из случайных обмолвок пожарников Мазур уяснил, что штаб по тушению развернут часах в четырех езды от реки. Там, разумеется, есть рация, не может не быть. У тех, кто освободит пленников, будет только один выход — вернуться в лагерь, в штаб. Произойдет это глубокой ночью, а к утру в Пижмане уже будут подняты по тревоге все наличные милицейские силы. Скверно.

Вариант номер два — машина не появится, не поедет никто на ночь глядя. При таком раскладе узники смогут освободиться сами через два-три часа — народ здоровый, тертый, у них там три приличных тесака, удостоверившись, что наверху наступила тишина, начнут ковырять изнутри доски… ну, предположим, сверху навален буфет. Нет, не препятствие.