Охота на пиранью

Невеликий дока в живописи, Мазур считал эту картину гениальной — позади поспешает волокущая голову Олоферна служанка с тупо-радостной физиономией, а Юдифь шагает медленно, чуть ли не плетется с мечом в руке, ей вроде бы, согласно исторической правде, полагается ликовать, но прекрасное личико в дымке неуловимой печали, которую невозможно истолковать и понять…

Он плюхнул себе на тарелку зажаренный до коричневой корочки кусок маралятины. Рука, потянувшаяся к банке с солеными болгарскими огурчиками, чуть промедлила. Он вдруг сообразил, что хотел убить Нину. Без всякого садизма или смакования, но с явным нетерпением ждал, когда она полезет за пистолетом, чтобы мгновенно появилось некое законное основание, чтобы все выглядело честным боем.

Ни о чем он не жалел, не желал переиграть, убил бы еще раз, столь же хладнокровно. Дело в другом: впервые в жизни ему захотелось убить врага, не в мыслях, не по злобе или ненависти, не из мщения — тело и сознание прямо-таки жаждали удара, ощущения ломающейся шеи… За этот миг он словно бы стал совершенно другим человеком. И испугался себя самого, открывшейся бездны — тоже на миг, потом прошло… или затаилось?

— Горячее еще, — буркнул Мазур, вставая. — Осмотрюсь пока…

У него осталось впечатление, будто Ольга неведомым путем прочла не просто его мысли — ощущения. Взглянула совершенно незнакомыми глазами:

— Кирилл, что с нами творится? Это, вообще, мы?

— Ничего не творится, — сказал он устало. — Жизнь свою спасаем, всего и делов…

Ухватил небольшое железное кольцо, отвалил крышку подполья. Спустился по аккуратной небольшой лесенке, огляделся. Подвал обширный, зацементированные стены, прочно сбитые полки из струганых досок. В углу — несколько открытых ящиков с хорошо смазанными железками, запчастями для дизеля. На полках — картонные коробки: тушенка, рыбные консервы, стеклянные импортные банки с овощами, компотами. Ничего домашнего, никаких солений своего приготовления. Подполье выглядит совершенно не по-деревенски. Деревню эти двое видели только в кино…

Он огляделся, взял с полки пустой джутовый мешок, накидал туда десятка два разнокалиберных банок, вылез и шумно опустил крышку.

— Что там? — спросила Ольга с набитым ртом.

— Запас на дорогу, — сказал он. — Как поешь, посмотри какие-нибудь сумки, а я пока одежду пошукаю.

— Ешь, остынет.

— Потом, — буркнул он, направляясь в комнату.

Нина не соврала — в шкафу на полке отыскалась картонная коробка с патронами для ТТ и сотня марголинских, вставленных в гибкий листок пластика, — в точности, как таблетки. Мазур методично перебрал одежду, бросая на кровать джинсы, свитера и куртки.