Охота на пиранью

На откосе, на уровне его взгляда, на миг сверкнули два серебристозеленых глаза, но он равнодушно прошагал мимо: судя по размеру глаз и расстоянию меж ними, на него таращилась какая-то таежная мелочь вроде лисы.

Поднялся по косогору, повернулся лицом к северу. Потом передвинулся левее, чтобы округлая сопка не закрывала горизонта. Ага. Далеко на севере на горизонте чуть заметно подрагивала бледно-золотистая полоса — пожар зажил собственной жизнью, ширясь и распространяясь. Все было в порядке, скоро там начнется ад кромешный…

Второй раз в жизни он устраивал пожар, чтобы спастись. Так что беспокоиться рано, чертов колдун напророчил насчет третьего…

Первый пожар был двенадцать лет назад, в месте, которое Мазур даже сам с собой привык называть просто Порт. Потому что секретность была небывалая, превосходившая все прежнее, — и, как ему потом мимоходом шепнули по великому секрету, даже обаятельный англосакс Драммонд, инкогнито стоявший за теми, кто пытался группу Мазура отловить, твердый профессионал, чье генеалогическое древо где-то в прошлом соприкоснулось боковой веточкой с потомками Генриха Плантагенета, даже он так и не просек, с кем конкретно имеет дело."

"…Им сели на хвост уже в Порту, когда семерка возвращалась из чужого пекла, унося невеликий железный чемоданчик-кассету, с бумагами, которые адмиралы одной стороны не обменяли бы и на бриллианты по весу, а адмиралы другой как раз обменяли бы, подвернись им возможность уладить дело чейнджем. Именно там они и нашли Володю Чемякина с крутым местным сержантом — в неузнаваемом почти виде. Случайную группочку «синих аксельбантов», это устроивших, ребята Мазура кончили наспех, но катер те успели спалить — вместе с аквалангами, подводными буксировщиками и прочей роскошью, предназначенной для потаенного отхода. Получалось насквозь хреново — в Порт вот-вот должны были ворваться джипы с погоней, судно-база торчало за пределами территориальных вод, имея строжайшие инструкции в таковые не входить, рация, правда, работала и даже обещала подбросить на выручку корабль правительственных ВМФ, но верилось в это плохо — Мазур помнил, что почти все корабли незадачливого президента заперты в бухте тройной цепочкой морских мин, выброшенных ночью с вертолетов. Такая уж шла игра, флот стоял за президента, авиация — за претендента, а сухопутные силы причудливо раскололись примерно пополам…

Он послал турундаева поджечь емкости с горючим — очень уж удобно были расположены, пылающий бензин отрезал бы мол, где они засели, от всего остального мира. Все понимали, что поджигатель живым уйти не успеет, и Турундаев тоже — но пошел, конечно. И поджег.