Пиранья против воров - 2

Потому что – перпендикуляр…

…Плохо только, что действительность, как ей и полагается, сплошь и рядом заставляет отказываться от устоявшихся привычек.

Мазур, достав все-таки карту, стоял на склоне так, чтобы его не было видно снизу. Распадок, открывшийся взору, в точности походил на свое изображение: крутой спуск по гребню, этакому бутылочному горлышку, внизу, на ровном месте, не особенно и живописно протекает ручеек, стиснутое двумя косыми склонами пространство не столь уж и обширно, вдали виднеется та самая избушка, невеликое строеньице из потемневших от времени бревен, с двускатной крышей и застекленными оконцами…

Всего и делов – спуститься по склону, прошагав метров триста, войти в распадок, до избушки еще с полкилометра… Всего делов.

Вот только он не мог себя заставить сдвинуться с этого самого места. То, что он чувствовал, было слишком неуловимым, чтобы оформиться в слова, – тот самый инстинкт зверя, что, надобно вам знать, и кой-кому из людей свойствен. Из тех людей, что сделали ремеслом убийство себе подобных…

Поколебавшись, он все же помахал Лаврику, подзывая к себе. В конце-то концов, мало ли о чем командир может советоваться со штатским довеском именно в этот момент, подчиненных такие вещи не должны касаться вообще…

– Ну и? – тихонько спросил Лаврик. – Почему стоим?

– Потому что я не могу кинуть гаечку, – ответил Мазур.

– То есть?"

"– Классику помнишь? Зона, гаечки бросают перед собой… Так вот: не могу я кинуть гаечку, в точности как герой романа…

– А если без лирики?

– Если без лирики… – повторил Мазур. – Если без лирики, то давненько я не видывал столь великолепных ловушек. Идеальное место для толковой засады. Стрелки могут располагаться вон там и там… Когда группа втянется в распадок…

Он покосился на собеседника, плохо представляя, чего же ожидает. Но Лаврик, что характерно, выглядел не просто спокойным – довольным. А это уводило мысли в строго определенном…

– Ты что, – совсем уж тихо спросил Мазур, – тоже предполагаешь…

– Ни хрена я не предполагаю, – ответил Лаврик мгновенно. – Я просто доверяюсь твоему богатому и бесценному опыту… ну, и своему гораздо более скромному тоже. Не хочешь кидать гайку – не кидай. Усек?

– Да чего уж, – удовлетворенно вздохнул Мазур. – Пускать всех или как…

– А в одиночку ты уже и не можешь? – прищурился Лаврик. – Постарел? Сходи один, а мы с радисткой Кэт приглядим за ребятками на случай… неожиданностей.

Кивнув, Мазур размашистыми шагами направился назад, к своим орлам-орлицам, в настороженных позах стоявших там, где их застиг жест отца-командира. Коротко распорядился:

– Привал. Ждите вон там. Я скоро вернусь. Что бы ни происходило, не вмешиваться.

Как и следовало ожидать, никто не задал ему ни единого вопроса и не попросил уточнений.