Пиранья против воров - 2

Обитатели стойбища мало похожи на куперовских индейцев и тоже не кинутся по темени вдогонку за столь резким противником. Но если эта обормотка что-то нехорошее заподозрит и начнет брыкаться, ситуация, и без того невеселая, еще более осложнится…

– А все-таки?

«Плохо иметь дело с профессионалами, – подумал Мазур. – Очень уж быстро приходят в себя даже после нешуточных житейских передряг»."

"– Я же говорю, Вера, ускоренная помощь, – сказал он насколько мог беззаботнее. – Ваш спутник добрался до лагеря, и Никольский послал нас на выручку. Мы, как бы поделикатнее выразиться, из той же системки…

Она остановилась, повернулась к нему, в голосе звучало именно то, чего он опасался:

– Черт, я только сейчас… Почему же вы не забрали из ямы…

Лаврик отпустил ее плечо, схватился за ближайшее дерево и тихонько распорядился:

– Кирилл, кончай спектакль, чревато…

– Понял, – сказал Мазур.

И с разворота, не особенно сильно, но качественно заехал Гейше в солнечное сплетение.

Глава шестая

Компания была небольшая…

Ожесточенно работали пушки последнего оставшегося в порту эсминца, и броневики неуклюже крутились совсем близко, и даже сопливому лейтенанту ясно было, что позицию более не удержать, что пора отступать к кораблю. И чья-то рожа выдвинулась неизвестно откуда, исполненная гаденького азарта…

Его все же сморила зыбкая утренняя дрема. Броневики моментально растворились в невозвратном прошлом, но рожа осталась – это раненый, сволочь такая, подобрался к Мазуру и осторожненько, кончиками пальцев, пытался расстегнуть кобуру, но, не зная секрета застежки, лопухнулся, заставил чутко вскинуться…

Не особенно и изощряясь, Мазур попросту врезал ему носком высокого ботинка под дых, и тот отлетел, плюхнулся в мусор, на раненый бок, сдавленно взвыл.

– Ах ты ж, сука, – сказал Мазур, выпрямляясь. – Я на тебя для того тратил хорошие лекарства, чтобы ты за казенное оружие хватался?! Как волка ни корми…

Раненый лежал в нелепой позе и инстинктивно прикрывался блудливыми рученьками, резонно ожидая чего-нибудь вроде хорошего пинка.

– Ладно, тварь, живи… – устало усмехнулся Мазур, оглядываясь.

Подумал с печальной иронией, что ситуация как нельзя лучше подходит под старую польскую присказку. Компания была небольшая, но крайне респектабельная: пан директор, пан аптекарь, пьяный золотарь, две курвы и я…

Действительно, собравшееся в дацане общество было, мягко говоря, не обычным: один здоровый адмирал и один подраненный, одна иностранная разведчица, один гробокопатель…

Лаврик лежал в уголке на Мазуровом бушлате, прикрыв глаза, – у него сейчас было не самое веселое состояние, отходил от ударной дозы спецмедикаментов, этакой своеобразной ломки.