Пиранья

Остановил машину на обочине, наклонился к пассажирке и насколько мог убедительно сказал:

— Слушай, подруга, или говори по делу, или сиди молчком до самого вокзала… Терпеть не могу, когда меня достают недомолвками, за дурака держат…

— Тебя как раз за дурака и держат, дубина австралийская! — огрызнулась Изабелла.

— Ну-ка?

Она огляделась, несмотря на пустынную дорогу и полное отсутствие нежелательных свидетелей, понизила голос чуть ли не до шепота, заставив Мазура склониться к ней:

— Ты, кенгура австралийская, неужели не понял, с кем связался? Дон Себастьян сел на «подземку»…

— На куда? — искренне не понял Мазур.

Изабелла состроила неописуемую гримасу:

— Ой, ну ты деревня… «Подземка», «трасса», «белая дорога»… У вас в Австралии все такие? Или там у вас порошка нету? Да нет, не верю, он везде есть…

— Порошок? — многозначительно переспросил Мазур.

— Ага, дошло? Кокаин, — прошептала она. — Подземка ведет из джунглей на северо-западе в Чакон. Доставка груза, ясно? А тут у нас — перевалочный пункт. Станция, как кое-кто выражается. Таких станций несколько по всей стране. Это важное место, балда ты кенгуриная. На станции договариваются, покупают и продают партии, направляют караваны, решают всякие другие дела. Раньше «начальником станции» был дон Рамирес, но он где-то что-то намудрил, замутил не то, вот и выпал из доверия у больших боссов. Они взяли да и назначили Санчеса новым начальником. Потому он с таким перевесом и выиграл — денег было вброшено, трудов вбухано. Рамирес, дурак, поначалу не понял ни черта, дергаться пытался, головорезов своих присылал, они с пушками баловали… ну да ты сам знаешь. Только в день голосования прикатили элегантные кабальеро из самой из столицы и объяснили ему, что к чему. Собрал дон Рамирес свои пожитки и дернул подальше отсюда, пока ноги целы, глаза смотрят и все потроха при нем… Ну, ты понял? Дон Себастьян теперь сидит на «подземке». А Пепе Золотозубый, между прочим, сейчас гниет где-нибудь в чащобе — потому что работал еще и на Рамиреса, а в этом бизнесе такое не приветствуется…"

"Мазур виртуозно выругался про себя. Все сходилось, до единой деталюшечки. Надежные парни, не боящиеся мордобоя и крови, наполеоновские замыслы, связи и стволы… Действительно, чесать отсюда пора во все лопатки…

Изабелла значительно подняла указательный палец и протянула с нескрываемым превосходством:

— Ну, понял полный расклад, дубина? Тебе это нужно? Нет, я не говорю, что алькальд или Роза собираются тебя обманывать… Они и в самом деле тебя готовы взять в полноправные сообщники… вот только, Джонни, ты при этом будешь на десятых ролях, вроде девок из борделя. Порошок — тяжелый бизнес, если ты не знал. Подняться удается одному из тысячи.