Пиранья

Здешние жители, как дети малые, радовались любому зрелищу, нарушавшему жаркую, душную скуку…

Ситуация была ясна с первого взгляда. Какими бы достоинствами не обладало рыжее и синеглазое небесное создание, среди них наверняка не числились навыки автомеханика — как оно с красивыми женщинами чаще всего и бывает. Судя по всему, пижоны в белых костюмах тоже не могли похвастаться знакомством с внутренностями такого вот мотора — иначе давным-давно, наперебой, отталкивая друг друга, ринулись бы спасать красавицу…

Мазур шагнул вперед, не колеблясь. Справедливости ради стоит уточнить, что в его твердом стремлении броситься на помощь прекрасной незнакомке не было и тени рыцарской галантности. Все было грубее и циничнее. Ситуация явно попахивала либо деньгами, либо реальной возможностью набиться в попутчики. Любой патруль, тормознув такую вот лапочку, отпустил бы машину через три секунды, не заметив никого, кроме рыжей.

В общем, ни тени рыцарства. Мазур ощущал себя сейчас циничным конкистадором, для которого абсолютно все вокруг имело лишь утилитарную ценность. Или, по крайней мере, подобием Остапа Бендера, смотревшего на окружающий мир как на накрытый обеденный стол. Такова жизнь, ничего не поделаешь…

Он подошел вплотную, приподнял шляпу и, мобилизовав все свое злодейское обаяние, с голливудской улыбкой осведомился, естественно, на своем тщательно поставленном австралийском диалекте английского:

— Какие-то проблемы, леди?

Красотка уставилась на него с видом обессилевшего путника, ползущего по пустыне и вдруг наткнувшегося на холодильник, битком набитый газировкой и льдом:

— Ну, наконец-то! Вы по-английски говорите?

— Смею думать, — сказал Мазур, блистая улыбкой и лучась обаянием. — Мы, австралийцы, всегда говорили по-английски, есть у нас такое обыкновение. Конечно, некоторые считают, что наш английский…

— Бросьте трепаться! — энергично огрызнулась она. — Не видите, что я крупно влипла?!

Насколько Мазур мог судить по первому впечатлению, девочка определенно родилась южнее линии Мейзона-Диксона[7] — классически растягивала слова, чуточку в нос говорила… Вряд ли он ошибался, у него были хорошие учителя.

— Да ну, стоит ли паниковать? — ухмыльнулся Мазур. — Может, все и не так мрачно?

— Ага… — печально протянула красотка. — Не мрачно… спасибо, утешили. Она не едет, вообще не заводится. Целую неделю все было нормально, а потом она встала, мотор заглох… Эти болваны, — она сердито дернула подбородком в сторону зевак, — только торчат и пялятся на мою задницу, а я не понимаю по-местному, и никак не могу им втолковать, что нужен механик, страховой агент или дорожная полиция…

— Вы еще американского консула попросите, — сказал Мазур.