Пиранья

Показав ей книжечку, Лаврик ласково поинтересовался:

– Судимости есть?

– Нету, – жалобно пискнуло создание.

Жора подал голос:

– Да это наша девочка, городская, приличная…

– Понятно, – кивнул Лаврик. – В том смысле, что с двумя сразу не спит, а? Приличное создание, в три секунды оделось, в три секунды умотало… Ну?

– Я голая совсем… – протянула она еще жалобнее.

– Мы не маньяки, – успокоил Лаврик. – И голых девок навидались… Ну, живо! Или наряд вызвать, чтобы тебе помог?

Мазур его понимал: жизнь – штука сложная. От такой вот соплюшки, если по-джентльменски повернуться к ней спиной, можно и получить в спину что-нибудь вредное для здоровья. Бывали, знаете ли, прецеденты…

Она решилась, выскочила из-под простыни, с космической скоростью прыгнула в трусики, нацепила лифчик, рывком натянула платье – так, что затрещало, что-то где-то порвалось. Лаврик ее ласково напутствовал:

– А теперь чеши отсюда со всех своих красивых ножек, и если хоть кому-нибудь пискнешь, что видела, судимость у тебя точно будет… На старт, внимание, марш!

Она вылетела бомбой, хлопнув дверью. В голове у Мазура мимолетно мелькнула неуместная в деловой обстановке мысль: интересно, каблуки сломает, уносясь с такой скоростью, или обойдется? Лаврик тем временем говорил:

– Ну, оделся? Вот и ладушки. Все сели, дружелюбно беседовать будем, как на конференции ООН или там в пивняке… Тебе кресла не хватает? Садись вон на постель, она и не такое повидала, как твоя скромная персона… Ну вот, все удобно устроились. Ваша вступительная речь, господин Кастракис? Вам, как хозяину, и начинать.

– Какая речь? Про что начинать? В чем дело вообще?

– Ситуация ясна, – сказал Лаврик. – Ну, поскольку господин Кастракис добровольно сложил с себя полномочия председателя, я таковые беру на себя. Кто за, кто против, единогласно… Кстати, Кастракис, презервативы приличные люди сразу в мусорное ведро выбрасывают, а ты их вон пол диван набросал, я отсюда вижу… Ладно, я не о гигиене. О делах будем, которые к тебе, Жора, имеют прямое касательство, уж такое прямое…

– Ребята! – возопил Жора.

– Ребята в детском садике в песочек играют, – отрезал Лаврик.

– Мужики…

– Мужики в поле пашенку пашут.

– Товарищи…

– Тамбовский волк тебе товарищ. И брянский тоже.

– Гражданин начальник…

– Вот это уже лучше, – одобрительно кивнул Лаврик. – Можно и «гражданин следователь», но так длиннее, а время экономить нужно. Экономика должна быть экономной, как учит нас… – он значительно ткнул пальцем в потолок. – Пусть уж «гражданин начальник». Благо я хоть и небольшое, но начальство…

Жора выпрямился в кресле, воскликнул с этаким цыганским надрывом:

– А почему, собственно, «гражданин»? Вы мне, кроме корочек – ну да, авторитетных – никаких больше бумаг не показали.