Пиранья

Каковую слон и цирковые покинули, а фемина осталась, дней на несколько. Такие вот творческие методы.

Лаврик покачал головой:

– Надо признать, эффектно…

– А сейчас, по точной информации, ему в сочинских театральных мастерских делают точную копию какой-то старинной красивой коляски. Собирается купить пару лошадей, уже в жутком темпе к усадебке пристраивают конюшню и этот, как его… каретный сарай. Тут и гадать нечего: собирается катать очередных красоток по-над берегом моря-окияна… Вот вам Фомич в обращении с женщинами.

– Ну, хорошо, – сказал Лаврик. – Это, как бы выразиться, эксклюзивные случаи, по одному в год, числом два. Но ведь не ограничивается же он одной-единственной красоткой в год?

– Да уж! Точной статистики никто не ведет, но, если прикинуть, за сезон у него в гостях с десяток красоточек перебывает. Может, и чуть побольше, но никак не меньше. По одной в неделю, это уж точно.

– Ну, а в остальных случаях как процесс ухаживания выглядит? – деловито спросил Лаврик.

– Как красивый процесс ухаживания, Костя, – сказал дядя Гоша. – Без пошлости, без пижонства, без лишнего гусарства. Уж не знаю, где он всего этого нахватался на своих северах и вообще в глуши, но я один раз собственными глазами видел, как он у меня в «Якоре» ухаживал за очередной симпатией. Как бы объяснить понагляднее… Тут и слов сразу не подобрать… – он упер в лоб здоровенный кулак и старательно задумался.

После короткого молчания Лаврик негромко сказал:

– Словно в кинофильме из старинной жизни, а? Причем века скорее восемнадцатого, чем девятнадцатого? Как в очень хорошем фильме, где герцогини не выглядят переодетыми Дуньками с камвольного, а кавалеры умеют носить кафтаны с пушными кружевами и ухаживать красиво…

– В точку, Костя! – обрадованно воскликнул дядя Гоша, отнимая кулак ото лба. – Как в хорошем кинофильме из старинной жизни! И она ведь млела от такого обращения, чем хочешь ручаюсь! Ты его не видел? Не вживую, так хоть на фото?

– Не сподобился, – сказал Лаврик. – Кто ж знал, что именно его разрабатывать придется… Опиши в трех словах.

– Здоровенный такой мужик, не красавец, но с этаким злодейским обаянием. Можно дать лет на несколько меньше. Ни следа животика, практически без морщин. Правда, физиономия изрядно обветренная, но это ему только некоторую романтичность придает. Наподобие ковбоя из того американского кино про золото… чье там было золото, не помню фамилию? – «Золото Маккены»?

– О! Точно. Вот наподобие того ковбоя: спокойный мужик, обаятельный, несуетливый, и любая чувствует: за ним – как за каменной стеной. Ну, я ж говорил, осечки были, но редко. И не обязательно из-за того, что предметы воздыхания были замужем. Та, из «Якоря», как раз с законным мужем приехала.