Пиранья

 — Серьезно за тебя взялись…

Жандармские спецназовцы рассредоточились вдоль высокой зеленой живой изгороди — и очень скоро в двух местах ветки медленно раздвинулись, показались два черных толстых дула. Мазур с Лавриком, как люди привычные, моментально разинули рты — чтобы на всякий пожарный поберечь барабанные перепонки. И вовремя — в следующий миг со свистящим шелестом к домику рванулись две серо-дымных полосы, судя по звуку разбитого стекла, впечатались точнехонько в окно — на дело вышли не косорукие дилетанты, оценил Мазур — а парой минут спустя в домике громыхнуло — ах, как громыхнуло! Так, что выбитые взрывной волной окна домов справа и слева разлетелись осколками совершенно беззвучно, тугой кулак воздуха ударил в жалюзи, перекосил несколько, но напрочь все же не снес. Домик вспух изнутри комом ослепительного золотисто-рыжего огня, лохмами вырвавшегося наружу через окна, сквозь хлипкие африканские стеночки, на крыше в двух местах взлетела фонтанами черепица, подпертая огненными языками…

И это сияние, продержавшись лишь несколько секунд, погасло, как гаснет лампочка, когда повернут выключатель. От домика остался каркас с провалившейся в двух местах крышей, наполненный лениво колыхавшимися тонкими струйками сизого дыма — а в паре мест появились язычки пламени."

"Ну, никакой не ребус — боеприпас объемного взрыва, не такая уж и суперсовременная новинка, успевшая дошкандыбать и до Африки.

События на улице разворачивались стремительно. Десяток шустриков ловко проломился сквозь живую изгородь, цепочкой рассредоточился по границе участка, держа стрелялки дулом вниз — не в кого тут палить, сразу видно. Примчался большой белый фургон без всяких надписей или эмблем, затормозил через дом от сгоревшего, распахнулись задние двери, и оттуда повалили жандармы, без броников и касок, в обычной форме. Следом подкатила не особенно и большая красная пожарная машина, бесцеремонно проломила хлипкий невысокий заборчик, встала возле бывшего домика и принялась поливать остатки густой струей пушистой белой пены. Вместе с жандармами вылезли двое в белых балахонах, напоминавших костюмы противохимической защиты — капюшоны нахлобучены, от них идут белые гофрированные трубки к футлярам на поясе, группа осмотра, ага…

И, разумеется, моментально обозначились зеваки — когда это без них в Африке обходилось что-то интересное? Из дома слева от сгоревшего выскочила полная ньерале в традиционном полосатом габо — женском просторном платье до пят, а за ней выбежали два постреленка лет по семь, очень похожие, близнецы. И справа появились несколько зевак обоего пола и разного цвета кожи, и слева, за машиной жандармов, замаячили любопытные.