Пиранья

Что там с супостатами, присматриваться было некогда — и так ясно, что ничего хорошего.

Свернул на правую полосу, чуть-чуть прибавил скорость. Сзади, на прямой дороге, не было ничего, напоминающего погоню. Бензина в баке достаточно, а рация пока что не кипит встревоженными воплями — прогулка по национальному парку, да и только…

Минут через пятнадцать оказавшись на пересечении с асфальтированной (относительно, на африканский манер) дорогой, он уверено повернул влево. Съехал на обочину, вынул карту и принялся ее изучать, время от времени поглядывая в зеркальце, чтобы не пропустить нехороший сюрприз, вынырнувший бы со стороны «черного крааля». Покончив с этим недолгим занятием, поднял с пола револьвер Николь и выбросил его в опущенное до половины окно, пояснив:

— Приближаемся к цивилизованным местам. Экспертам по алмазам пушки таскать не положено.

— А у тебя-то…

— У меня карманы полны документов, разрешающих таскать все, что угодно, — уточнил Мазур. — Ты этим похвастать не можешь… Ну, как впечатления от милой экзотической Африки?

— Чтобы я еще раз… — она потрясла сжатыми кулачками. — Чтобы я еще раз сюда… Из Европы носа не высуну! До Инкомати близко?

— Миль сорок, — сказал Мазур. — Чепуха. Ну, поехали. Рассиживаться не стоит, мало ли что…

Глава VII. Финал — свой для каждого

Иногда жизнь мелькает эпизодами, словно в кинобоевике, где действие несется, как экспресс…

Эпизод первый. Под сенью короля

Бронзовый король Бачака, как и полагается высокопоставленным особам, продолжающим жизнь в виде монументов, выглядел предельно импозантно: гордая осанка, высоко поднятая голова, взгляд устремлен в вечность (сколько у него оказалось той вечности?), живописно (и в полном соответствии с исторической правдой) задрапирован в леопардовую шкуру, одной рукой опирается на церемониальный овальный щит с каким-то заменяющим герб ритуальным узором, в правой держит высокий ассегай. Ну, и прочие королевские регалии на месте: головной убор из трех страусовых перьев, тройное ожерелье из леопардовых клыков и золотых висюлек, массивные браслеты на запястьях, щиколотках и над коленями, пояс из слоновьего хвоста…

Вокруг зеленел немаленьких размеров скверик с аккуратными дорожками, ухоженными клумбами и красивыми скамейками. Дорожки были не испакощенными, клумбы — нетронутыми, скамейки — не поломанными. Что, конечно, следовало отнести отнюдь не на счет высокой сознательности горожан: площадь была центральная, вокруг сквера располагалась ратуша и другие официальные здания, и по периметру неторопливо прохаживались двое полицейских в белоснежных мундирах и шлемах, картинно заложив за спину руки в перчатках с крагами.