Пиранья

Ехали белые туристы на затрапезном «фордике» годков пяти, одеты были простенько, в шорты и футболки — и полицаи решили, что имеют дело с путешественниками невеликого достатка, а следовательно, персонами незначительными, «белой рванью». Отвезли к себе в участок, в такой же подвал, приковали девушку к такому же столу и долго насиловали вчетвером на все лады, да еще снимали на паршивенькую видеокамеру. Мужа пристегнули в уголке наручниками к стене, чтобы смотрел. Потом пригрозили, что эта кассета, если молодые люди вздумают искать правдочку, будет продаваться на всех рынках столицы, где продают видеопорнушку — да вдобавок подсунули на подпись протокол, из которого явствовало, что в «форде» нашли чуть ли не килограмм запрещенного в стране наркотика калюра (типа гашиша). И намекнули, что, если консенсуса достигнуть не удастся, парочка задержится здесь надолго.

Молодые люди, чтобы вырваться из этого ужаса, все подписали и, оказавшись на свободе, бежали из страны, как только могли быстро.

А вскоре бабахнуло! Провинциальные дятлы понятия не имели, что в мире белых людей сплошь и рядом нельзя судить о социальном положении и состоятельности человека по его машине или одежде.

Профессионального нищего в «Майбахе», конечно, не увидишь — но вот миллионер (вовсе даже не эксцентричный) может разъезжать в «роллс-ройсе» в поношенном костюмчике и стоптанных ботинках, которым место в мусорном баке. Таких немало…

Молодой человек оказался сыном миллионера, да и его супруга была не дочкой простого бакалейщика. Вмешались дипломаты, грянул скандальчик, президент, заботясь об имидже страны в глазах мирового сообщества, выступил по телевидению, принес извинения от себя лично и от страны, объявил происшедшее единичным печальным эксцессом (мягко намекнув, ч го такие вещи случаются не только в Африке) — а потом, среди своих, распорядился срочно включить зверство. Поскольку Ньянгатала — страна, по уверениям ее президента, демократическая, четверку подонков сулили по всем правилам: с защитником и присяжными. И вздернули всех четверых не в результате какого-то произвола, а по приговору демократических присяжных.

Вот только, сказал Лаврик, прочитав статью, подобный случай был далеко не единственным, но не у всех отцы — миллионеры, способные запросто спустить на президента Ньянгаталы посла…

Так что и здесь запросто может оказаться что-то подобное — но остается сидеть и молчать в тряпочку, самому бы отсюда выбраться.

Гулко затопали шаги. По коридору энергично прошли два жандарма: капрал и лейтенант, с ходу отперли камеру девушек и вошли.