Пиранья

Не самая окраина, но многоэтажной застройки все меньше, все больше аккуратных коттеджей за изящными заборчиками, домики довольно современной постройки, сущие виллы — обустроилась еще в советские времена местная научная, творческая и прочая элита, которая сейчас едва ли не поголовно проникновенно вещает на публику о тяжком времени советской оккупации…

Машина свернула в распахнутые ворота — и они, и забор из ажурного чугунного литья гораздо выше современных. Да и показавшийся меж деревьев двухэтажный домик, ручаться можно, довоенной постройки. Мазур и на сей раз постарался запомнить табличку с адресом.

Ага, и охрана имеется… В углу обставленной старомодной довоенной мебелью обширной прихожей сидел в кресле здоровенный молодой бугай, и слева под мышкой у него определенно кое-что висело — уж на такие вещи у Мазура был глаз наметан. По стойке «смирно» он не вытягивался, но, завидев Деймонда, довольно проворно встал. Деймонд у него что-то коротко спросил на местном и, получив столь же короткий ответ, кивнул Мазуру:

— Порядок, Джонни, все готово. Пойдемте. Уговор — ничему не удивляться. Впрочем, вас, наверное, профессия отучила удивляться?

— Да, пожалуй, — сказал Мазур.

И шагнул было к деревянной лестнице, плавным изгибом ведущей на второй этаж, но спутник удержал:

— Нет, нам туда… — и показал на дверь слева.

Оказавшаяся за ней лестница вела вниз, в подвал. Деймонд уверенно шагал впереди. Коридор со сводчатым потолком, короткий, две двери справа и слева. Деймонд распахнул правую, и Мазур вошел следом за ним в небольшую комнатку, опять-таки со сводчатым потолком, где слева оказалась еще одна дверь, а справа вытянулись шеренгой четыре старомодных стула, на двух лежало нечто серое, напоминавшее смятый кусок материи.

Деймонд взял один такой со стула, встряхнул, расправляя, проворно накинул через голову и оказался в сером балахоне до пят, напоминавшем монашескую рясу. Ловко — похоже, не впервые, натянул черную маску-«фантомаску», черную, мелкой вязки, закрывавшую всю голову. Перед висевшим тут же на стене овальным зеркалом поправил отверстия, открывавшие глаза, ноздри и рот. Повернулся к Мазуру, кивнул на второй стул:

— Снимайте фотоаппарат, Джонни, одевайтесь.

— А зачем? — с искренним любопытством спросил Мазур.

Деймонд, судя по всему, улыбнулся:"

"— Специфика работы. Совершенно ни к чему, чтобы объект съемки видел наши лица и одежду. Будем предельно скромными…

Снявши фотоаппарат, Мазур накинул балахон, натянул маску и, как только что американец, поправил перед зеркалом отверстия: хозяин — барин, хорошо хоть, чудачества пока безобидные, а ведь это что-то интересное, что это за объект съемки, который не должен их опознать?

— Готовы? Берите фотоаппарат, пошли.

Деймонд распахнул дверь.