Пиранья

Под отчаянный визг и скрежет заблокированных стальных колес к тепловозу уже неслась, перепрыгивая с вагона на вагон, троица парашютистов, казалось, совершенно бесшумно, как призраки — лязг, визг и отчаянный скрежет колес заглушал звуки высоких солдатских ботинок…

Ага! Они пробежали по крыше тепловоза, уже почти остановившегося, ловко обрушились в кабину по узким железным лесенкам… Порядок!

Мазур пустил красную ракету, и они с Рональдом припустили вниз, к поезду, не доставая оружия — к чему? Там и так все обстоит отлично: по лесенке ссыпалась троица в выцветших джинсах и стареньких форменных рубашках, пугливо косясь на спустившихся следом, взявших их на прицел парашютистов, с высоко задранными руками отпрянули к тепловозу, едва не вжимаясь в его обшарпанный бок спинами. Парашютистов было только двое — но вскоре показался и третий, подал условный знак, означавший, что больше на тепловозе никого нет.

Вокруг поезда стало очень людно: человек сорок в штатском (поголовно агенты охраны) оцепили невеликий состав с двух сторон, к ним уже присоединились мнимые железнодорожники, состоявшие на службе отнюдь не в Министерстве транспорта. А все три взвода, жандармы, военные и парашютисты, двумя цепочками рысью припустили в ту сторону, откуда поезд пришел — чтобы примерно в полумиле отсюда залечь в джунглях.

Можно было бы обойтись и одними агентами — но Мазур, решив быть скрупулезным и предусмотреть все возможные случайности, постарался раздобыть и солдат, ради одной-единственной цели. Не столь уж фантастической — и Рональд с ним был полностью согласен — смотрелась версия о возможной подстраховке. Какой-нибудь купленный подонок в офицерских погонах мог поднять свое подразделение (на пограничной станции давным-давно на всякий случай квартируют и жандармы, и армейцы), посадить его на поезд и, никому ничего не объясняя, пуститься следом для охраны ценного груза. Подобное случалось, пусть и не в этой стране. Правда, окажись на станции такой вот ссученный, он не сможет пустить в ход крупные силы — там, на станции, всего-то пара взводов армейцев и столько же жандармов, друг другу они не подчинены.

Даже если допустить, что оба командира работают на противника, силы примерно равны: две трети Мазурова войска составляли парашютисты, выученные получше и жандармов, и армейской пехоты, к тому же они укрылись в засаде, еще одно несомненное преимущество, у них там два ручника и гранатомет с хорошим запасом снарядов, так что любую подстраховку встретят качественно…

Несколько заранее проинструктированных агентов уже срывали пломбы и откатывали двери вагонов, открывая взгляду аккуратный штабель пятидесятикилограммовых мешков с кофе, во всех вагонах не достающий примерно на метр до потолка.