Пиранья

Я вся внимание…

В глазах у нее Мазур увидел пока что не страх — напряженное раздумье: дамочка была не из глупых и сейчас лихорадочно прикидывала, где и как могла подставиться.

— Видите ли, мадам Соланж… — проникновенно сказал Лаврик. — Ни я, ни мой друг — не ханжи или моралисты. По моему глубокому убеждению взрослый человек… взрослая женщина может развлекаться, как ей угодно. Беда только, что порой она теряет осторожность и тогда приходят люди… вроде нас. Откровенно говоря, мы — самая скверная разновидность шантажистов, работаем не из-за денег, а по служебной необходимости.

— А конкретнее? — спросила хозяйка.

Голосом она владела превосходно, но все же была не такой спокойной, какой хотела казаться. Мазур ее понимал. Она наверняка успела уже сообразить, что других грехов, кроме не столь уж редких прелюбодеяний, за ней нет — но это лишь усугубляло положение. Лаврик ему кратенько объяснил кое-что в машине. Супруг этой холеной куклы, хотя и происходил корнями из сонной, меланхоличной Нормандии, ревностью не уступал корсиканцу. И, как многие его положения люди, до сих пор втихомолку ненавидел черных…

— Что же, давайте о конкретном, — сказал Лаврик. — Вы, конечно же, не знали, но у покойного Папы в дополнение ко всем прочим был еще один грешок… по моему личному мнению, гораздо безобиднее прочих. Любил он, знаете, устанавливать в местах своих постоянных свиданий с женщинами потайные камеры и подробнейшим образом снимал эти свидания на видео, так случилось, что эти кассеты попали к нам. В том числе и та, где засняты вы…

Она ничуть не изменилась в лице, только глаза чуточку сузились и стали вовсе уж холодными. Не меняя позы, бросила:

— Докажите.

— Сию минуту, — сказал Лаврик. — Позвоните слуге и попросите принести видеомагнитофон — в столь богатом доме он просто обязан быть…"

"Почти не раздумывая, она нажала кнопку, и, когда появился лакей, отдала короткий приказ, В глазах вымуштрованного слуги не мелькнуло и тени удивления. Он очень быстро вернулся, бесшумно катя перед собой никелированную подставку с небольшим телевизором и видеомагнитофоном на полочке пониже. Остановился рядом со столом, глянул вопросительно и после небрежного жеста хозяйки улетучился.

— Включите сами, что там следует, — сказала Лаврику хозяйка. — У меня вечные нелады с техникой.

Подключив провод к розетке, Лаврик развернул подставку вполоборота к сидящим, пощелкал кнопками и клавишами, вставил извлеченную из портфеля кассету — как отметил Мазур, отмотанную примерно до половины.

Папа старался изо всех сил, хозяйка тоже проявляла нешуточный темперамент — под соответствующее звуковое сопровождение в виде оханья, сладострастных стонов и прочих ахов. На жертву грубого насилия она не походила ни чуточки.