Пиранья

Случившееся — по их утверждению, акция протеста… против коварного замысла, о которым им прекрасно известно: коси совместно с советскими намереваются перерезать как можно больше фулу, отобрать и поделить их земли, а оставшихся в живых сделать батраками в своих поместьях, то есть это коси заведут себе поместья, а советские на своей доле земель устроят эти самые, как их там… кьольхози…

— Слышали мы уже эти песенки… — сказал Мазур, хмурясь. — Этот бред, кстати, прекрасно сочетается с той бандочкой, которую мы разгромили по ту сторону границы, так что это могут оказаться детали одного плана…

— Вполне возможно, — кивнул Мтанга. — Вот только этот бред, увы, может оказаться бензинчиком в костер, добавить напряженности — главным образом среди народа темного, склонного верить любым дурацким слухам. Старая вражда не исчезла, она просто тихонечко тлеет, как угли под пеплом… Нам бы благополучно дотянуть до коронации, а там будет проще: даже если «Даймонд» не от всех своих планов отступится, можно ввести на пару недель чрезвычайное положение и под этим соусом как следует перешерстить все и всех…

— Серьезные основания будут? — спросил Мазур деловито.

— Вот это — основание, — кивнул Мтанга в сторону «Ворошилова». — И еще кое-что… Час назад из проезжающей машины обстреляли полицейский участок на окраине. При Папе такого не случалось, разве что в глухой провинции. Два автомата, судя по гильзам — «Узи». Которые можно раздобыть где угодно. Машина угнанная, ее бросили через пару километров. В общем, ничего серьезного: окна выбиты, один полицейский легко ранен. Но вот там же, возле участка, из машины швырнули пачку листовок. Еще одна доселе неизвестная организация, только, так сказать, с обратным знаком. Лига Обороны Коси, о которой раньше ни одна собака не слышала, включая осведомителей…

— А этим что нужно? — спросил Мазур.

— Обороняются, как следует из названия, — фыркнул Мтанга. — В листовках говорится, что Лиге прекрасно известны коварные планы, составленные элитой фулу: путем лжи и провокаций обвинить коси во всех смертных грехах, а потом вырезать и ограбить до нитки, — он тяжко вздохнул. — Оба происшествия никак не удастся удержать в тайне — и листовки Фронта, и листовки Лиги разбросаны по городу в десятке мест, ну, а слухи у нас распространяются моментально, с кучей преувеличений. Знаете, над чем я ломаю голову? Как именно они отреагируют на убийство Мукузели — а они, несомненно постараются его использовать в своих целях. Как любой на их месте…

— Да уж наверняка… — зло покривился Мазур. — А что там с убийцей?

— Никаких сомнений, сам по себе, — сказал Мтанга. — Допрашивали уже, и я ему склонен верить.