Пиранья

От жизни мне в данный момент хочется одного – дожить остаток дней в покое и безопасности. Чтобы не пришлось вновь бежать и скрываться. Поэтому я взвесил все, просчитал и решил быть с вами откровенным. Рассказал все, что знал. – Он ухмыльнулся. – Все равно вы меня ни за что не убьете. Вы просто-таки обязаны оставить меня целым и невредимым – чтобы было с кем посчитаться, если окажется, что я вас все же обманул. Но я вас не обманываю, поверьте…

– Ну, а о чем вы все-таки умолчали? – ангельским голоском поинтересовалась Мэй Лань."

"– Ни о чем, честное слово. Поймите вы, я никак не отношусь к тем, кого можно назвать полноправными членами сообщества. Ну да, мы с Лао давно знаем друг друга, и у нас был общий бизнес в старые времена… Но это не меняет сути. Я – обычный пенсионер, которому можно кое-что доверить. Иногда подрабатываю консультантом, помощником… Не более того. И жив я только потому, что соблюдаю некий неписаный договор – не запрашиваю больше, чем мне могут предложить за разовые услуги, не суя нос не в свое дело… Могу я, наконец, получить мои деньги?

После короткого раздумья Мэй Лань бросила ему конверт. Холодно прокомментировала:

– Вы, главное, не поддайтесь искушению два раза продать одно и то же…

– Прелесть моя, – широко улыбнулся толстяк. – Все тонкости столь сложных и деликатных негоций я постигал в те времена, когда ваши почтенные родители еще не осчастливили мир вашим рождением. Будьте спокойны. Такую информацию имеет смысл продавать только раз. Можете быть уверены: магнитофонную запись данной беседы в том случае, если со мной вашими трудами что-то все же случится, доверенные лица тоже продадут только раз. Быть может, даже отдадут бесплатно. Вам, надеюсь, известно, что каждый человеческий голос строго индивидуален, как отпечатки пальцев? У меня есть привычка все время, когда бодрствую, держать аппаратуру включенной…

– А вы не блефуете? – улыбнулась Мэй Лань.

– У вас все равно нет возможности точно в этом убедиться, – со столь же светской улыбкой отпарировал экс-полковник. – Разве что разнести мою скромную лачугу в щепки… но это непременно привлечет постороннее внимание, правда? Вы никогда не будете знать точно. Не посетуйте, но бедный странник вроде меня обязан принимать меры предосторожности – наш мир так огромен и недружелюбен к изгнанникам… – И он улыбнулся уже почти безмятежно. – Мне кажется, прелесть моя, мы друг друга стоим? Что до меня, смею надеяться, я не подорвал ваших ожиданий и надежд? Как-никак честно рассказал все, что вы хотели от меня узнать. Хочу верить, что и вы, в свою очередь, будете играть по правилам…

– Если вы и в самом деле рассказали все, – сказала Мэй Лань. – И если оставите наш разговор в секрете… Всего наилучшего, полковник.