Пиранья

Может, это одна из тех операций, где суть знают только дядьки с большущими звездами, а всем остальным, иногда до самого конца, приходится быть пешками. В любом случае, у меня есть свой фронт работ, и я его намерен отрабатывать, благо получил добро от начальства. Ну, а ты… Кто ж тебе виноват, что она именно на тебя глаз положила… — он фыркнул. — Если вдруг окажется, что тянули какую-то пустышку, ущерба и урона все равно никакого, а тебе одно удовольствие…

Глава четвертая. Куба, любовь моя…

Когда они подошли к калитке, разгрузка машины уже заканчивалась. Гаврила и Винни-Бух как раз вынимали из кузова большой опечатанный ящик с большим красным крестом на боку. Обращались они с ним, как с бесценной хрустальной вазой, а доктор Лымарь следил за ними с величайшей заботой. Судя по этой картине, в аптечке, кроме средств от многочисленных здешних хворей и инфекций, находился в немалом количестве самый любимый медикамент советских офицеров, формулу коего наизусть знали даже те, у кого в школе по химии были сплошные двойки.

Все трое были так увлечены разгрузкой, что даже внимания не обратили на Мазура с Лавриком, и те быстренько прошли во двор. У забора лежала бутафорская антенна, над которой стоял Ушан, радист от бога, таращился на нее с самым что ни на есть творческим видом, почесывал в затылке, плавно изображая обеими руками некие загадочные фигуры — явно прикидывал, как разместить эту хрень наиболее эффектно.

У крыльца помещался Морской Змей, откровенно хмурый. А рядом, словно бы для контраста сияя ослепительной улыбкой, стояла Рамона, при виде Мазура вовсе уж просиявшая.

— Компаньеро Кирилл! — воскликнула она весело. — А я за вами. Вы, конечно, еще не знаете, но наше и ваше начальство на нас с вами возложило новые обязанности… — она мельком оглянулась на Морского Змея.

Тот сказал хмуро:

— Вот именно, товарищ старший лейтенант. Вполне возможно, возникнет необходимость координировать какие-то действия с капитаном Родригес, а то и заниматься совместно теми акциями, которых потребует ситуация, — он повернулся к Рамоне. — Разумеется, не в ущерб основным служебным обязанностям. Группа у меня небольшая, каждый человек на счету. Сейчас, правда, затишье…

— Я все понимаю, компаньеро, — улыбчиво заверила капитан Родригес. — Можете быть уверены, на основных обязанностях это не отразится, — она сделала милую гримаску. — Я же не виновата, что наши и ваши генералы именно так решили… Поедемте? Вас хочет видеть генерал Санчес!

Она была очаровательна.