Пиранья

 — Устрой клиента поудобнее, в кресло, что ли…

Мазур поднял хозяина с пола, распорядился:

— Руки за спину!

Проворно, на совесть связал запястья куском той же веревки, толкнул в кресло и бдительно встал сзади, прижав глушитель браунинга к затылку клиента. Лаврик, дружески улыбаясь хозяину, извлек нож и одним взмахом разрезал лифчик на груди оцепеневшей от ужаса блондинки.

— Расклад объяснять? — недобрым голосом поинтересовался Морской Змей. — Ладно, ты несгибаемый… Посмотрим. Мы, парень, знаешь ли, профессионалы. Если берем задаток, работу выполняем качественно. А если мы ее не выполним, наша репутация получит нешуточную плюху, соответственно, резко упадут наши доходы. Если добавить, что гуманизмом мы не страдаем… Мы обязаны принести бумажки из твоего сейфа, и мы их принесем. Если ты его откроешь быстренько, всего-навсего пролежите связанные с кошечкой до утра, как сейчас валяется ваш черномазый. А утром вас непременно освободят. А если нет — ну, парень, извини, ничего личного, работа такая… Времени у нас чертова уйма. Никто не знает, что мы здесь. Сначала пошалим с твоей красоткой как следует, все трое, потом лишим пары пальчиков или этого милого розового ушка. Если ты и тогда будешь изображать гордую несгибаемость, перережем ей глотку и возьмемся за тебя. Времени до утра навалом. Ну, давай: выкрикни что-нибудь патетическое, типа «Вы не посмеете!» Да посмеем, — протянул он скучным голосом. — Работа такая, не новички… Молчим? — он кивнул Лаврику. — Вали ее, клиент ломается, как школьница перед первым в жизни минетом…

Лаврик, ухмыляясь, вовсе уж цинично, не отводя клинка от нежной шейки, свободной рукой ловко стащил с блондинки расстегнутую блузку, стряхнул остатки лифчика, опрокинул на постель и навалился, стягивая трусики. Девчонка не издала ни звука, только по щекам катились слезы. Мазуру было ее жаль, но эта лирика с работой ничего общего не имела.

Избавив красотку от последней тряпочки, Лаврик скинул балахон и принялся расстегивать гидрокостюм.

— Хватит! — в отчаянии вскрикнул хозяин.

«Он сломался, судя по тону, — удовлетворенно подумал Мазур. — Да здравствует настоящая любовь…»

— Так мы что же, договоримся? — спросил Морской Змей деловито.

— А где гарантии?

— Ну, неужели ты такой дурак? — пожал плечами Морской Змей. — Как ты это себе представляешь? Я тебе расписку должен написать, что никого не трону и не зарежу? Вздор… — он похлопал пленника по плечу. — Просто-напросто нам платят за бумаги. За то, чтобы вас прикончить, никто не платил. Кромсать и насиловать просто так не в нашем стиле, мы профессионалы. Как свидетели вы мне не опасны — нас уже через несколько часов в этой поганой стране не будет при любом обороте дела.