Пиранья

В общем, прибалты терпели его долго, потом все же центр прикрыли и Тракториста выдавили из страны вместе со всеми его людьми. И вот тут начинается самое интересное. Тракторист пропал.

– В каком смысле – «пропал»? – вырвалось у Стробача.

– В прямом смысле. Исчез, растворился в воздухе. И, что характерно, со всеми своими людьми. Ни следочка, ни малейшего.

– Как я понимаю, подобное для чеченцев трудно представимо, – задумчиво проговорил Мазур. – Родственные связи, землячества… если поблизости появляется свой – об этом сразу узнают. У многих жены и дети в Чечне или в других странах, они отправляют им деньги, а переводы – это след. Да и деньги, в конце концов, надо зарабатывать, и это тоже след…

– Вот именно, деньги, – кивнул Зелимханов. – Деньги люди Тракториста последний раз отправляли год назад, довольно большие суммы, как будто обеспечивая семьи на год вперед. Когда Тракториста вышибали из Латвии, ему очень нужны были деньги. И самому нужны были, и чтобы людей удержать. Я знаю, он искал заказы…

– И видимо, нашел, – сказал Мазур.

Зелимханов пожал плечами.

– Видимо, так. Год про него ничего не было слышно. А вновь услышали только в связи с этой яхтой.

– А на яхте точно был он, не может быть ошибки? – спросил Стробач.

Чеченец не удостоил его даже взглядом.

– А где он мог… обитать весь этот год? – задал Мазур другой вопрос.

– Соображаешь, – ощерился бывший полевой командир, показав зубы, слишком ровные, чтобы быть настоящими. – Ты – умный, русский, ты задал правильный вопрос. Углядел в кустах хвост, за который можно ухватиться. Если б не понял, подсказывать я бы тебе не стал. Но раз понял – подскажу. На территории вашей России он бы столько не высидел. А в горах он мог бы прятаться и год. Но там его не было, иначе я в об этом знал…

– Если бы он скрывался в Турции, в Иорданиии, в Афганистане или еще где-то, где обычно скрываются твои земляки, ты бы тоже об этом знал, правильно?

– Правильно. Тем более он был не один. Конечно, существует вероятность – правда, очень маленькая – того, что ему бы удалось зарыться глубоко и надежно, как змее в песок… Наверное, даже есть вероятность того, что он был здесь и кушал в соседнем кафе. Но это все несерьезно.

– Логово на год должно было быть основательно обставлено, – размышлял вслух Стробач. – А большое количество мужчин само по себе привлекает внимание…

Мазур мог бы добавить: «Особенно когда большинство из них – весьма специфической наружности».

– Особенно если они целый год проводят вместе. Или… они разбежались, а через год собрались снова.

– Не знаю, русский, – пожал плечами Зелимханов. – О чем знаю – сказал. Ни о Трактористе, ни в его людях целый год не было слышно.

– И где же, по твоему мнению, он мог обитать все это время? – спросил Мазур.