Пиранья

Непонятно, отчего он в ее присутствии цепенел и каменел: не пацан, чай, женщины были, в том числе две недавних экзотических иностранки, трех человек убил… А вот поди ж ты, чувствуешь себя полным идиотом, в толк не возьмешь, как бы стать непринужденным и уверенным, язык не ворочается…

«Странно получается, – констатировал он. – Ну не может же это быть от любви? Я Аньку люблю, без дураков, но с ней сроду не цепенел, обращался уверенно, будто автомат разбирал, так, что однажды хамом неандертальским обозвала…»

Может, все дело в том, что Ирка – дочь адмирала? Не самого, конечно, высокого, обычного, в общем. И все равно, иной круг, иные орбиты, хлопцы дважды видели, как ухажеры ее катали на самых настоящих иномарках…

Иллюминатор был приоткрыт, слышно, как в кают-компании в третий раз заводили «Кукурузные хлопья», из-за отсутствия слов на импортном языке не вызывавшие у товарища Панкратова приступа идеологической бдительности. Со своего стула Мазур видел широкую полосу темной воды, на которой лежали отблески ламп «Сириуса», – мистер Драйтон изволил где-то мотаться, должно быть, ушел в ночной океан прожигать жизнь согласно разгульным нравам акул империализма. Хорошо ему сейчас, загнивающему: кругом, до горизонта, черная гладь, над головой сияют огромные звезды, на ярко освещенной палубе блондинки в бикини…

– А ты у нас, оказывается, супермен, – сказала Ирина, глядя поверх бокала загадочно и дразняще. – Как в том американском кино. Героические броски по джунглям, драки с пиратами…

– Ты потише, – сердито бросил Мазур, в котором на миг проснулись жесткие требования устава.

Кто-кто, а уж она была посвящена во все его дела – как-никак сама зашифровывала длиннейшие докладные Дракона и ответы на них. Неимоверно хотелось спросить, что же все-таки отвечал Центр, в деталях и подробностях, но Мазур не мог нарушать устава и строжайших предписаний. Никто не имел права выуживать у судового шифровальщика содержание прошедших через его руки телеграмм, помеченных в данном случае всеми мыслимыми грифами секретности.

– Ты не переживай, – сказала Ирина. – У тебя все в порядке.

– Я знаю, – угрюмо бросил Мазур.

Она улыбчиво прищурилась:

– Жутко интересно, как там у тебя было с той негритянкой? Она совсем черная, как сапог?

– Нет, – сказал Мазур, не зная, куда девать глаза. – Я бы даже сказал, светло-кофейная.

– Но красивая?

– Красивая.

– А интересно, как это все было? Было что-нибудь такое… экзотическое, чего у нас не бывает?

Уставясь на нее, Мазур от растерянности бухнул хамски:

– Не было у меня случая вас сравнивать…

Она нисколечко не обиделась, засмеялась:

– Кто же в этом виноват, кроме тебя самого?

Окончательно потерявшись, он пробормотал:

– Ну да, зависит от меня что-то…

– Пацан, – сказала Ирина мягко.