Пиранья

Сливаясь по-прежнему с окружающим зеленым морем (впрочем, чуть ли не наполовину ставшим еще и багряно-золотым), протянуть ниточку к цивилизации, куда, он яростно верил, вскоре предстояло вернуться. И во исполнение этой задачи без особых хлопот заставил Ольгу либо вспоминать перед отходом к вечернему отдыху длинное стихотворение кого-нибудь из классиков или просто талантов, либо читать ему кратенькую лекцию по искусству. Честное слово, помогало. Повествование о полотнах Джозефа Тернера или отрывки из печальной поэмы Хорхе Манрике звучали в тайге неповторимо. Его собственный вклад в культурную программу был гораздо менее весом и далеко не так интеллектуален — как-то, когда зашел разговор, он сообщил Ольге, что писатель Борис Лавренев вовсе не выдумывал бытовавшую среди военных морячков «Балладу о Садко и морском царе», и в самом деле существовала такая. И исполнил без музыкального сопровождения — отчего стало ясно, почему Лавренев привел лишь название, ни единого куплетика не процитировав…

Результатом публичного исполнения сей фольклорной жемчужины стало то, что чуть попозже в ночное дело были употреблены и горсть малины, и соболий хвост, — так что утром они друг на друга поглядывали чуть смущенно.

Цивилизация напомнила о себе сама — с некоторых пор Мазур получил наглядное подтверждение своих успехов в роли таежного поджигателя. Был день, когда с рассвета до заката, чуть левее от их маршрута, в небе выли моторы. Раз десять Мазур видел ползущие в вышине, в разных направлениях самолеты. И всякий раз приходилось прятаться, ибо береженого бог бережет. И впоследствии, вплоть до сегодняшнего дня, над головой частенько возникал зудящий гул транспортников — никаких сомнений, оставшийся далеко за спиной пожар раскочегарился на славу, и в тайгу кинуты немалые силы…

И потому он, шагая сквозь кусты, мурлыкал довольно:

— Пожары над страной все ярче, жарче, веселей, их отблески плясали в два прихлопа, три притопа…

Пожалуй, уже сентябрь, подумал он, проходя под березой, по хрусткому ковру невесомых золотых пластинок. Дети в школу идут, цены наверняка скакнули с наступлением осени, угадай поди, на что и на сколько, машины в Шантарске несколько дней ездят с зажженными фарами, из-за детишек — а его орлы вовсю тренируются на Шантарском водохранилище. Ибо так уж судьба посмеялась, что есть там места, где рельеф «двойного дна» в точности совпадает с некоторыми участочками, возле которых будет плавать «кастрюля».

Вот об этом бы тоже забыть до лучших времен — иначе мозги свихнешь, гадая, числят ли его уже среди жмуриков, как все обернулось и что думает сейчас Морской Змей.