Пиранья. Война олигархов

Если он разожмет пальцы, и граната упадет на пол машины… Разлет осколков достигает двух сотен метров… Впрочем, когда взорвется в салоне, для сидящих внутри будет все равно, какой там разлет. Хватит и метрового.

– И что дальше? – Мазур говорил спокойно, хотя все внутри звенело от напряжения.

Мозг, как и всегда в подобных случаях, работавший на предельных оборотах, лихорадочно просчитывал варианты, но не находил ни одного подходящего. Вдарить по газам, попытаться отобрать игрушку? Успеет выпустить гранату, что ему стоит разжать ладонь, дура закатится по сиденье – ни за что не успеть вытащить и отбросить…

– Сперва положи руки на руль, – сказал «даишник» (в том, что он подставной, Мазур уже не сомневался). – Вот так. Молодец. Теперь сиди и не дрыгайся. А ты, который сзади, открой правую дверцу. Живо!

Возле задней правой дверцы уже топтался бросивший писать свои липовые протоколы второй «даишник». Однако Стробач почему-то не спешил открывать. Он наклонился, опираясь на колено Мазура, к противоположному окну, не теряя самообладания преспокойно спросил:

– А она у тебя не учебная часом, а, хлопче? Купил по дешевке и пошел на тракт працювать, гроши зарабатывать… Слыхал я про такие разводки на дорогах.

Мазур понимал, что Стробач сейчас щупает хлопцев. Сам по себе его блеф вряд ли может к чему-то привести, но позволит посмотреть на их реакции, а понимающему человеку это многое может дать.

– Мне не наказывали сторого-настрого брать вас живыми, – невозмутимо и даже чуть с ленцой произнес «даишник». – Признаюсь, мне одинаково отслюнят грошей за вас живых или за ваши кишки, размазанные по салону. Так что даю вам пять секунд, больше никак, даже при всей своей щедрости души – вдруг поедет кто, насквозь нежелательный. Да и рука устает, я ж не Шварц какой. Так что быстренько выбирайте. Ежели охота навечно упокоиться в железном гробу на колесиках, так пожалуйста, дело хозяйское…

Пока этот с гранатой разглагольствовал, Мазур бросил взгляд в сторону участников «аварии». Спектакль уже закончился, поскольку отпала надобность валять дурака, и участники комедии, шумахеры хреновы, уже не лаялись меж собой, а разошлись в стороны и внимательно контролировали дорогу в обоих направлениях.

– Открой ему, – не оборачиваясь, сказал Мазур. – Пока у них все козыри.

Стробач, бормоча ругательства, как и общенациональные, так и сугубо украинские, открыл дверцу. Второй скомандовал Стробачу:

– Не выходи, просто повернись ко мне спиной, руки за спину и выстави в проход.

Медленно и с неохотой, но Стробач подчинился. «Даишник» номер два, который без гранаты, проворно защелкнул на запястьях Тимоша наручники. Потом открыл заднюю дверцу, полез в салон, предварительно достав «глок» из кобуры, и приказал Мазуру:

– Ну а теперь ты.