Пиранья. Бродячее сокровище

Оба на первый взгляд выглядели не местными — светловолосый кудрявый бородач на пару лет помладше Мазура, довольно симпатичная девушка с коротко подстриженными темными волосами и нездешними синими глазами, оба в чистеньких джинсах, белых футболках и легких куртках. На лацканах курток у обоих — пластмассовые жетоны в форме геральдического щита с маленькими фотографиями их обладателей и непонятным испанским текстом.

Так, а зачем это один из конвоиров волокет телекамеру? Вот уж с чем он не сочетается, так это с красивой телекамерой, японской, кажется…

— Журналисты? — тихонько спросил Мазур по-английски.

— Угадали, — отозвалась девушка, выглядевшая удрученной, но не впавшей в уныние. — Теле.

Конвоиры отнеслись к разговорам с полнейшим равнодушием, и Мазур решился продолжать:

— Соединенные Штаты, — кратко ответила девушка. Бородач отмалчивался, насупясь.

— Что же они вас? — спросил Мазур с неподдельным любопытством. — Хунты три года как нет, тут, говорят, демократия с законно избранным президентом…

— Этим обезьянам расскажите… — девушка дернула подбородком в сторону лениво шагавшего рядом конвоира. — Может и поверят, в чем я сильно сомневаюсь… А вы кто?

— Бродяга, — сказал Мазур. — Ловец удачи. — Австралия. Моряк. Искал тут фортуну. Пролетел.

— Интересно, — протянула она. — Кратенько, но исчерпывающе… Я — Энджел, а это — Дик.

— Что тут за веселуха? — спросил он с интересом.

— Заварушка на нефтепромыслах, — охотно ответила Энджел. — Сначала профсоюзы потребовали повышения зарплаты, потом как-то незаметно, по здешнему обыкновению, дела пошли круче — кто-то поджег здание администрации, кто-то начал палить по полицейским… В общем, заварилась каша, мимоходом сожгли полицейский участок и разграбили дюжину магазинов, подключились и те, кто никакого отношения к нефтепромыслам не имел, вызвали солдат…

— Понятно, — сказал Мазур. — Интересно, на что мне-то, случайному путнику, при таком раскладе рассчитывать?

— Как повернется, — угрюмо ответил бородач. — Повезет — дадут пинка под зад и отпустят, а то и к стенке поставят…

— Нет, серьезно? — повернулся Мазур к девушке.

— Кто его знает, — задумчиво сказала Энджел. — Дикки, конечно, у нас мизантроп, но тут и в самом деле все зависит от того, что им в голову взбредет… Вы тут недавно?

— Тогда помалкивайте и не качайте права…

— И не качайте права, Джон. Если уж они загребли нас, со всеми нашими верительными грамотами и рекомендательными письмами, с вами тем паче церемониться не станут. Боюсь, ваше посольство вашей судьбой будет не особенно озабочено…

— Уж это точно, — искренне сказал Мазур, не уточняя, что австралийское посольство о таковом гражданине и слыхом не слыхивало.