Пиранья. Бродячее сокровище

И нельзя было исключать ни почтенных матрон, ни шумных здешних пацанов: все возможно, подойдет к обычному здешнему обывателю некий субъект, сунет крупную бумажку и попросит, ревнивец этакий, последить за своей ветреной подругой (следует точное описание внешности и машины). Никто ничего не заподозрит, повод понятный и насквозь жизненный…

Мазур уселся рядом с девушкой, она тронула машину с места. И тут же даванула на тормоз так, что Мазур едва не впечатался лбом в стекло. Прямо перед капотом, слева направо, пронеслись на оглушительно тарахтящих мопедах — из боковой улочки, наперерез — два обормота не столь уж подросткового возраста. Вообще подобных джигитов здесь было немерено, петляли меж машинами, объезжали заторы по тротуарам, носились без всяких правил, порой провожаемые темпераментными фразами пешеходов, отнюдь не одобрительными.

В голове у Мазура стала понемногу складываться смутная идея… Но с Кристиной он ею, разумеется, делиться не стал. Заговорил о другом:

— Знаешь, что меня больше всего удивляет?

— Умница, — кивнул Мазур. — Во-первых, дон Хайме убедился, что аквалангист у тебя, несмотря на его усилия, все-таки есть. Во-вторых, я его, такое впечатление, оскорбил смертельно. В-третьих, он окончательно убедился, что ты не намерена отвечать на его пылкие чувства… Элементарная логика событий вела к тому, чтобы нас перехватили на большой дороге, меня вульгарно прихлопнули без всяких дуэльных кодексов, а из тебя начали бы выбивать адрес немца. Игра пошла по крупной и недомолвок не осталось, вряд ли бы его остановило то, что он качал тебя на руках в нежном твоем возрасте, а потом жениться на тебе хотел…

— Не «пожалуй», а точно, — сказал Мазур уверенно. — Что же они, моего пистолета испугались? Да ну, глупости, у него есть несколько вполне надежных головорезов… У тебя есть версии?

— Нет. Сама теряюсь.

Из чего, собственно, следует, что дон Хайме возненавидел сидящую рядом с ним красотку? Из чего следует, что дон Хайме и Кристина — заядлые конкуренты в борьбе за клад? И, наконец, из чего вытекает, что клад существует вообще, что где-то в море и впрямь лежит на дне вот уже сорок лет подводная лодка кригсмарине с ее желанным сейфом? Все это пока что словеса, и не более того, все может обернуться инсценировкой, все не то, чем кажется…

Спросить ее, не знает ли она лысого навязчивого типа по имени Ронни? А какой смысл? Быть может, сроду не видела. Быть может, прекрасно его знает, но если соврет, уличить ее невозможно. Черт, сплошная неизвестность…

Он оглянулся назад, на объемистые коробки, украшенные парочкой ярких наклеек — судя по надписям, акваланги были итальянские. И его, словно электрический удар, вдруг пронзило странное, неописуемое словами ощущение.