След пираньи

 – У вас нет ни единого шанса соскочить с поезда. Повторяю, вы вляпались в игру, где кое для кого награда простая, но чрезвычайно ценная – жизнь. Дело в том, что операция «Тайга» – как ее назвал какой-то идиот – проводится исключительно армейцами двух стран. Без малейшего участия политиков. Если это выплывет наружу раньше времени – наши заокеанские партнеры получат астрономические сроки там, у себя, а мы, соответственно, здесь. Или, если они не успеют покинуть матушку-Россию, вся компания будет обживать здешнюю зону – потому что с точки зрения законов обеих стран все мы не более чем теплая компания государственных изменников… Мы играем без политиков. Ну их к черту. Бывают ситуации, когда солдаты всегда договорятся… Выгода обоюдная: если все пройдет гладко, наши коллеги по ту сторону океана сохранят за собой кое-какие крайне им необходимые угодья, на которые уже положили глаз друзья мистера Дреймена и всерьез намереваются с его помощью впоследствии отобрать у армии. А мы, со своей стороны, получим трудами поделыциков кое-какие выгоды на переговорах по обычным вооружениям в Европе. Ситуация проста: двое на необитаемом острове, у одного есть спички, у другого – коробка… Не стану врать, что я с вами был полностью откровенен, но не соврал ни разу и главное изложил. Понимаете, почему? – Он замолчал, пытливо глядя на Мазура, потом хохотнул: – Понимаете… Обратной дороги вам нет. Невозможно отказаться и тихонечко уйти. Во-первых, я вас не выпущу. Во-вторых, если и выпущу, очень скоро вас прикончит Крайко. – Он похлопал Мазура по колену. – Ну, а когда вы окажетесь на корабле, смыться оттуда будет и вовсе невозможно, против четверых моих мальчиков не потянете… Как говорится, попала собака в колесо – пищи, но беги. Ну, а после того, как вы возьмете «Заимку», которую вы просто обязаны взять, не будет никакой необходимости за вами надзирать. Потому что единственной вашей защитой от «соседей» станем мы. Ну, как я вас перевербовал, Штирлиц?

– Значит, командир группы – это фикция?"

"– Отчего же, – сказал Глаголев. – Вы, в конце концов, опытный диверсант, бывали на «Заимке», имеете там парочку личных врагов… Вы остаетесь командиром, пока не сделаете неосторожного шага в сторону. В этом случае, уж не посетуйте, вас мягко и незамедлительно покритикуют, последний раз в вашей жизни… По-моему, условия не столь уж обременительные, а?

– Если бы я мог вам верить…

– Уж простите за пошлую фразу, но нет у вас выбора, – сказал Глаголев. – Или рассчитываете на здравый смысл Лаврика? Увы, придется положиться на мое слово. Мы не предатели. И янки – тоже. Все так и обстоит – армейцы двух стран решили поправить кое-какие несообразности политической жизни, ко взаимной выгоде. Есть и личные мотивы, понятно.