След пираньи

Все за то, что они достигнут «точки-два» даже раньше расчетного часа, – если бы не собственные слабые звенья…

В первую очередь, конечно, Джен. Девочка спортивная и не дохленькая, старалась изо всех сил, но сразу видно, что ей такие концы давненько не приходилось отмахивать. Автомобиль – бич человечества вообще и Америки в частности. Она держалась, однако все чаще сбивалась с шага, спотыкалась, налетала на бегущего впереди – то ли Петрова, то ли Джонса, сорвала на бегу зеленую вязаную шапочку, сунула в карман, обеими руками ослабила у горла завязки комбинезона, что ей не особенно и помогло. Не было времени снимать с нее бушлат и бронежилет, единственное, что смог сделать Мазур, – догнать Иванова, хлопнуть по плечу и показать на девушку Тот кивнул, подхватил Джен под локоть и целеустремленно повлек, словно опытный «дед» салагу-первогодка, не выдержавшего темпов марш-броска…"

"Как ни крути, а придется делать незапланированный привал. Обогнав всех и оказавшись рядом с майором, Мазур выдохнул:

– Тормози! На пару минут!

– Вперед! – отмахнулся тот, выпучив дикие глаза.

– Тормози, говорю! Девка сдает! Загоним же!

Бесшумно и яростно прошевелив губами – вслух материться уже не было сил – майор с маху остановился, кругообразно взмахнул правой рукой над головой. Аккуратная цепочка сбилась в кучу. Люди, ловя каждую секунду отдыха, плюхнулись, кто где стоял, но отрешаться от всего сущего не спешили: заглатывая воздух полной грудью, держали автоматы наизготовку, целя в окружающее зеленое безмолвие. Справа вздымалась над тайгой лысая вершина сопки. Майор показал Мазуру зеленую точку на экранчике процессора, потом ткнул пальцев в сопку. Мазур понятливо кивнул – с маршрута не сбились, и то хлеб…

Оглянулся, взял за локоть лейтенант-коммандера:

– Женщин раздевать случалось? Отлично, снимите в темпе с прокурора бушлат и броник, а то не добежит…

У него самого в легких ощутимо покалывали горячие иголочки – не пацан, годы свое берут… Американец сноровисто расстегивал на соотечественнице пуговицы и пряжки, бесцеремонно опрокинув в мох. Она лежала, как кукла безвольная, шумно дыша с закрытыми глазами. «Ну, киса, не посрами Мичиган, если ты и в самом деле оттуда…» – про себя сказал ей Мазур.

Оглянулся на пленных. Полковник, как и следовало ожидать, казался выжатым лимоном – мужик был не хилый, но не могла не взять свое вольготная жизнь на «Заимке» с хорошей жратвой и настоящим заграничным спиртным, пусть даже и перемежавшаяся таежными охотами.

И все же помирать пока что не собирался, по потной физиономии видно, хочет еще пожить, пусть в роли перевербованного…

Другое дело – Кузьмич.