Молчание пирамид

 — Может, это светятся песчинки, которые из него добывают алхимики?

— Не исключено, — согласился Самохин. Помощник посмотрел на него разочарованно.

— Неужели это тебя не вдохновляет? Не будит воображение?

— Если бы все подобные явления будили воображение, — с расстановкой сказал Самохин, усаживаясь за руль, — я бы не работал в «Бур вод строе».

— А-а… — отстраненно протянул Плюхач.

— Закрывай коробку и поехали, — велел Самохин.

— Куда?

— Обратно в Забавинск.

— Ничего себе!..

— Так надо. Садись назад и спи. Часа через четыре разбужу, подменишь.

Плюхач молча забрался на заднее сиденье, однако спать не лег, а развернулся, опустил сегмент спинки и подтянул к себе коробку.

— Я еще подержу его в руках, — с детской непосредственностью проговорил он. — Так забавно…

— Держи.

— А, слушай, что ты начинал про нищих говорить? Подал милостыню первый раз, и началось… Что началось-то?

— Везение.

— Ты серьезно?.. Ну и в чем же?

— Во всем. Во-первых я опоздал на самолет, который гробанулся. Помнишь, на прошлой неделе террористы взорвали?

— Ну!..

— Я должен был лететь на нем. Даже билет сохранился, могу показать.

— А откуда должен был лететь?

— Это уже не имеет значения. Главное, я на него не успел.

— Поэтому прилетел в Забавинск на два дня позже? И я, как дурак, сидел и ждал?

— Представь себе, а если бы я не опоздал на свой рейс?

— Да… То есть, подавая нищему, ты принес жертву и откупился от смерти?

— Конечно, все это мистика… Но это так.

Помощник замолчал и вроде бы скоро сонно засопел, однако вдруг сказал совершенно бодрым голосом:

— Знаешь, а я верю тебе. Мы просто мало знаем механику… всех этих чудес. Мы слишком логичны, чтобы понимать нелогичные связи. Ты счастливчик! Прикоснулся к неведомому.

— Я уже три года пытался прикоснуться, по должности, — признался Самохин. — А теперь есть опасность лишиться работы.

— Почему?

— У нас в «Бурводстрое» ежегодное тестирование. Хитрые такие блицвопросы и блицответы… Поймают и уволят, ничего не объясняя. У вас ведь тоже есть проверки на профпригодность?

Плюхач промолчал.

Первые два часа обратного пути Самохин ехал осторожно, внутренне напрягаясь от всех встречных фар, потом обвыкся и уже тупо рулил по пустеющей ночной трассе. Помощник спал, как наигравшийся ребенок, и точно так же иногда встряхивался, жадно пил воду из бутылки и снова тянул руки к коробке, как к понравившейся игрушке.

— Он все-таки археологического происхождения, — внезапно громко произнес он, хотя мгновение назад храпел. — Его достали… из пирамиды.

— Откуда? — Самохин притормозил и оглянулся.

— Из какой-то пирамиды… Но вроде не египетской. Я был в Египте.