Пипец Котенку! 4

Но кто бы мог подумать, что стотридцатилетний старик будет так резво драться!

Бросаю короткий взгляд на Люсиль. Та пикирует на ублюдину и наносит несколько быстрых ударов коготками. Снова взлетает, избегая щупалец.

Умничка, нашла способ драться. Правда, её когтями вряд ли можно убить такую тварь.

— Сдавайся, Котов, и умрёшь без боли, — обещает Корсакин, медленно приближаясь.

Показываю старому козлу средний палец. Размечтался, сдаться предлагает. Ярослав Котов не сдаётся!

Тактика ближнего боя Люсиль подкидывает мне идею. На хрен магию. Пойду врукопашную. Поступлю так же, как на дуэли с Ротановым.

Покажу старику, что такое груб!

Шиповник слишком длинный. Если подойду вплотную, буду наносить удары коленями и локтями, Корсакин ничего не сможет.

То есть сможет, конечно, арсенал заклятий у него наверняка богатый. Зато у меня — трёхслойная духовная броня. Попробуй пробей.

Короче, вперёд!

Встаю в боевую стойку и напитываю мышцы маной. Вовремя, ведь Корсакин призывает ещё двух големов по бокам от меня. На этот раз каменные крепыши выше ростом. Сжимают каменные кулаки и идут на меня.

Побоксировать хотите? Замечательно!

Кидаюсь на одного из каменных придурков. На обоих кулаках — печати Гранита. Голем пытается взять меня в захват, но слишком медленно. Уклоняюсь, бью джебом и затем наношу сокрушительный боковой удар.

Башка голема с грохотом разлетается, и он валится набок. Кожей чувствую, как сзади приближается второй. Резко разворачиваюсь, пробиваю лоу-кик. Колено крепыша превращается в пыль и остаётся лишь добить поверженного противника.

В это время князь оказывается рядом. Уклоняюсь от Шиповника, бросаюсь вперёд. Захват, подсечка…

Хренушки! Павел выпускает волну телекинеза, которая отшвыривает меня к стене. Следом выпускает целую серию подобных заклятий.

Я даже подняться не успеваю. Со всех сторон прилетают крепкие телекинетические удары. Ощущения, будто меня пинают толпой. Выставлю две печати Обороны, подскакиваю на ноги и снова иду на сближение.

— Дядя, хватит! — между мной и князем внезапно появляется Жанна.

Кто бы сомневался. Я как чувствовал, что она надела Покров и следом за мной отправилась в ритуальный зал.

— Сгинь! — рявкает Павел и машет рукой.

Огурцова отлетает в сторону и растворяется в воздухе, не успев коснуться пола. Конечно же, иллюзия. Рядом с князем появляется другая Жанна.

— Дядя, пожалуйста! — со слезами в голосе восклицает она. — Ярослав хороший, ну зачем тебе это!

— Не лезь, — рычит Корсакин. — То, что вы с ним трахнулись, не делает его хорошим. Граф Котов тот ещё отморозок.

Разговаривая с племянницей, Павел не сбавляет натиск. Мне приходится подпитывать печати Обороны и активно двигаться. Удары продолжают лететь со всех сторон под самыми неожиданными углами.