Пипец Котенку! 4

Силу князя нельзя недооценивать.

Хорошо, что мы заранее подписали с ним договор, который Грозин уже заверил у нотариуса. Я своё условие выполнил, поэтому теперь титул и имущество Корсакина по-любому перейдут ко мне. Какие-то условия расторжения там были, но я не вчитывался. Василий у нас юрист.

Ритуальный зал находится в противоположном конце огромного поместья, так что идти приходится очень долго. По ощущениям кажется, что полчаса прошло.

Неужели такой великий маг, как князь Корсакин, не смог придумать ничего для быстрого перемещения по дому? Я бы вот придумал. Даже печати знаю, где и какие поставил бы.

Поставлю, то есть. Ведь этот дом тоже достанется мне!

Ух и развернёмся мы здесь с моими тремя жёнами! Там, глядишь, и четвёртую найду, и пятую. Места на всех хватит, включая детишек, даже если каждая родит по десятку.

Но я так мучить их не собираюсь. Двоих-троих от каждой хватит, если сами больше не захотят.

Ритуальный зал представляет из себя круглую комнату без окон. Вдоль стен стоят пылающие жаровни, так что в комнате тепло и царит торжественный полумрак.

Шиповник парит в воздухе по центру комнаты, медленно вращаясь. Князь стоит рядом и неотрывно смотрит на него.

— Закрой дверь, Ярослав, — говорит он. — Пора начать.

— Угу, — закрываю дверь и тайком накидываю полный духовный доспех.

— Подойди.

Приближаюсь к Шиповнику и встаю рядом с ним по другую сторону от князя.

— Сейчас я призову дух кого-нибудь из Ротановых, — говорит Павел Егорович. — Скорее всего, это будет тот, кто умер последним.

— Тогда это будет младенец. Покопайтесь глубже.

— Младенец? — удивляется Корсакин. — Как это?

— Долгая история, потом расскажу.

— Что ж, хорошо… Тогда призову последнего главу рода. За его энергию будет проще зацепиться.

Князь начинает творить мощное заклятие. Мана расходится по комнате густыми волнами, и у меня начинает кружиться голова. Будто снова попал на глубокую Изнанку или всосал слишком много энергии из макров.

Проходит минуты три непрерывного колдовства, а затем в воздухе появляется полупрозрачный силуэт моего старого знакомого.

Барон Владимир Ротанов. Отец Маргоши, которого я почти прикончил на дуэли. Дело завершил Денис Окунев, но это официально. Если бы не я, он бы хрен решился спустить курок.

Владимир выглядит точно так же, как и в момент смерти. С гневом на лице и дыркой от пули на лбу.

— Где я?.. — звучит его тихий скрипучий голос. — Кто здесь?

— Привет, — говорю я. — Ты в поместье князя Корсакина, он тебя и призвал. А ещё здесь я, граф Котов.

— Котов… Граф Котов? — призрак переводит взгляд на меня, и полупрозрачное лицо искажается яростью. — Как ты стал графом, холоп⁈

— Вижу, у вас есть своя история, — вмешивается Павел Егорович. — Но ты здесь не за этим, дух. Слушай меня.