Пипец Котенку! 4

Дальше подумаем, как быть. Понятно?»

«Может, лучше попросим Жанну, чтобы вместо тебя расстреляли фантома? С чего вдруг императору тебя миловать?»

«Вроде есть такое негласное правило. Если человек выживает после казни, его освобождают. Типа высшие силы его помиловали. Тем более, ты же слышала, что Пётр Алексеевич про меня говорил. Я ему нравлюсь».

«А мне не нравится этот план», — всхлипывает Люсиль.

«Мне тоже. Но другого нет».

— Прошу за мной, господин Котов, — подходит ко мне пристав.

— Куда вы собираетесь меня отвести?

— В здании суда есть специальные покои для осуждённых дворян, господин. Вам там будет комфортно.

— Что, даже наручников не наденете? А если я сбежать попробую?

— Это же будет бесчестно, — искренне удивляется пристав. — Но если всё же попробуете, охрана здесь работает хорошо.

— Я не собирался. Так, на всякий случай интересуюсь. Веди.

— Попрощайтесь с жёнами, господин. Посещения осуждённым запрещены.

Вот оно как. Ладно, что поделать, пойду прощаться.

По очереди обнимаю и целую всех троих. Жанночка так и не успела стать мне официальной женой, но я всё равно воспринимаю её именно так. Да и Алиса со Светой, кажется, привыкли, что их теперь трое.

— Ничего не бойся, моя хорошая, — шепчу Светочке на ухо. — Думай о ребёнке, ладно?

— Как же я буду растить его без тебя? — плачет Светик.

— Погоди рыдать. Я пока что дышу, значит, ничего не кончено. Думаю, графиня Окунева-Котова тебя не бросит. Правда, Алиса?"

"— Конечно, — отвечает та. — Мы останемся семьёй, даже если тебя не станет.

— Ты не представляешь, как я рад это слышать, — сгребаю всех троих девушек в объятия. — Ну всё, не ревите. Жанночка, послушай Грозина. Только будь осторожна.

— Ты о чём? — хлопая прекрасными жёлто-карими глазами, полными слёз, спрашивает та.

— Поймёшь, — целую низенькую Жанну в лоб. — Ладно, пока. Обязательно ещё увидимся. Не вздумайте приходить на казнь, понятно? Особенно ты, Света.

— С ума сошёл? — возмущается Алиса. — Мы будем с тобой до последней секунды!

— Нет, — с железом в голосе говорю я. — Не вздумайте. Приходить. Считайте это приказом мужа, ясно? Я не хочу, чтобы вы это видели.

— Я уже видела тебя мёртвым, — хлюпает носом Жанна.

— Ну, там всё будет выглядеть несколько иначе, — морщусь я, представляя расстрел. — Всё, пока.

Едва успеваю отлипнуть от жён, как получаю мощный удар под дых. Оказывается, это Добрыня решил меня обнять и боднул своим твёрдым лбом в живот.

— Прощай, рыжий, — бубнит он.

— Перестань, здоровяк, — удерживаюсь от того, чтобы погладить карлика по голове, как ребёнка. — Рано меня хоронить.

— Что же ты, бл**ь, такой самоуверенный⁈ — возмущается Добрыня. — Тебя завтра расстреляют нахер!

— Ну и что? Ярослав Котов даже в таких ситуациях не унывает! Бывай, Добрыня. Завтра увидимся.