Пин-код для Золушки

А те, кто есть, — обычные беженцы, которых больше заботят вопросы работы и вида на жительство.

— А ты под каким именем среди них ходил? — проницательно спросил шейх и прищурился.

— Под тем, под которым они меня знают.

— Вот то-то и оно! — Шейх осуждающе покачал головой. — А сейчас ты стоишь передо мной в костюме гяуров, и я не знаю, как тебя зовут в данный момент…

— Я только с самолета, господин! Не стал тратить время на переодевание…

— На это не нужно много времени. Значит, ты комфортно чувствуешь себя в нем! А это плохо… Мне сказали, что у тебя нутро осталось прежнее. Веру сменил, имя сменил, одежду сменил, а внутри тот же самый. Это характерно для ящериц, змей и… изменников.

Али кивал, показывая, что полностью согласен с мнением хозяина. Он находился в предвкушении счастливого изменения судьбы: ведь должность начальника охраны в дворцовой иерархии гораздо выше, чем распорядитель соколиных или акульих охот! И хотя он занимает ее временно, настрой шейха таков, что, похоже, выскочка Хафиз может потерять свой пост, скорей всего, вместе с головой!

Дело принимало плохой оборот. Тем более что стоящий перед троном африканец в европейском костюме действительно чувствовал себя «черным леопардом» Мадибой Окпарой, а не «соколом пустыни», охранником шейха Хафизом абу Халялья. Но проявить слабину, спасовать в такой ситуации нельзя, ибо мигом окажешься на орлином столбе, либо что его тут заменяет…

— У Далиля гнилые мысли и лживый язык. Если вы считаете меня изменником, — начал было Мадиба, дерзко глядя в глаза шейха, но тот взмахом руки прервал его.

— Пока нет. Иначе разговаривали бы мы уже не здесь и не так.

— Тайный поиск требует изменений имени, одежды, места жительства, — решился пояснить Мадиба. — Когда мы летели в Бахру, вы сами приказали мне надеть этот костюм, чтобы расположить гостей… Ведь войти в доверие к людям очень нелегко!

— Зато потерять его можно в один миг! — перебил шейх. — А все остальное меня не касается. Я всегда под своим именем и в своей одежде!

Тон Ахмеда бен Касима был надменным, если не презрительным.

«Ну да, — подумал уязвленный Мадиба. — Потому что тебя охраняют твои деньги. И ты живешь как король в своей стране, хотя богатством превратил в „свою страну“ весь мир…»

— Кстати, насчет Бахры у меня тоже имеются вопросы. Но вначале я должен кое-что уточнить, — многозначительно проговорил шейх.

«Ну вот еще чего не хватало!» — мелькнула тревожная мысль. Но он ее, конечно, никак не проявил вовне. Внешне начальник охраны вел себя, как и положено покорному и преданному слуге.

— Как вам будет угодно, господин! — склонил голову Мадиба, опасаясь, что шейх прочтет в его глазах отражение бушующей в душе исступленности.