Пин-код для Золушки

В конце концов, совершенно очевидно, что они напали на меня, а не я на них. И очень хорошо, что это не те, на кого мы могли подумать.

— Да, — подтвердил «Виктор». — В данном случае все ясно и подозрений не остается. Впрочем, я думаю, нам здесь нечего опасаться. Ни Пьер Фуке, ни другие наши коллеги в такую даль вряд ли поедут…

— Расстояние их не остановит, — сказала «Сьюзен», и это была чистая правда. — Просто для того, чтобы искать нас здесь, надо иметь какую-то зацепку. Люди полковника Кассе не могут хаотично рыскать по всему миру. Так же, как и наши друзья из Аль Каиды. Они должны получить какой-то сигнал. Например, старый знакомый случайно встретил тебя на улице во время патрулирования, кто-то зашел в «Веселый попугай» и опознал меня…

— Верно, — кивнул «Виктор». — Но шансы на это равны нулю. Миграции практически нет, туристы в основном живут на Северном острове, транзитники отсутствуют начисто, а приезжих интересуют только поселки маори… За последнее время у нас селились лишь работяги, прибывшие из разных стран, где они не смогли устроить свою жизнь. Но их нам опасаться тоже не стоит, тем более что мы никак не привлекаем к себе внимания.

— А если «Ведомости Порт Ауэрто» опубликуют разоблачение полицейского-двоеженца? — лукаво улыбнулась «Сьюзен», обошла стол и с бокалом в руках села «Виктору» на колени. — Ведь ты же не развелся со своей русской красавицей, а на мне женился! По-моему, это прекрасная скандальная сплетня!

— Заведующий отделом городских новостей Лео Робинсон очень уважает полицию и не позволит себе таких вольностей. К тому же про тот брак никто не знает, он из другой жизни.

— А скажи мне честно, Жак. — «Сьюзен» обняла «Виктора» и тесней прижалась к нему. — Это было действительно служебное задание или нечто большее? Когда я зондировала ее в Париже, она сказала, что у тебя к ней неземная любовь… Это действительно так?

Он помолчал и попытался отстраниться, но она не отпустила.

— Зачем препарировать такие вещи? Я же не расспрашиваю про все твои связи: какие были служебными, какие — нет, что ты чувствовала в тех и других? — В его голосе прозвучали нотки недовольства.

— Значит, нечто большее! — Она выпила, закусила оливкой, посмаковала вкус, встала и вернулась на свое место. — Я чувствовала, что ты в нее влюблен. Ты отпустил русскую шпионку, которая лишила Францию алмазных залежей в Борсхане, ты помог ей отомстить за убитого отца… Кстати, если помнишь, то это при моем активном содействии Афолаби и Бонгани были повешены на расклевывание грифам… Ты не говорил, но я знаю, что ты послал ей ограненные бриллианты — три штуки… А мне только показывал их!

— И что?! — «Виктор» повысил голос.

— Ничего.