Свободный среди звезд: пилот (СИ)

Во-первых, он не стал рассказывать, что они с Милу сначала поцеловались на глазах у всех, а потом занимались сексом в гостиничном номере. Почему-то он не мог признаться в этом, по крайней мере, Жанне. В его версии это выглядело так, как будто мошенница заманила его к себе в номер и, пользуясь временным помутнением сознания юноши, вырвала у него слова о согласии передачи денег. Потом, он ни слова не сказал о том, что Милу эмпат. Наконец, юноша обошёл молчанием происшествие после суда и тот факт, что Милу возила его к себе домой.

   Жанна внимательно его выслушала... а потом насела. Оказывается, ей прекрасно было известно и про поцелуй, и про половой акт в номере. У неё были на руках копии всех судебных материалов, хотя вообще-то считалось, что это приватная информация, и она не должна выдаваться журналистам.

   - Павел, вот уж от кого не ожидала! - с укоризной воскликнула девушка. - Для меня так важна эта работа, это задание, я должна выполнить его, как можно лучше, чтобы меня приняли в штат. Мне нужно рассказать читателям всё, что может быть им интересно, чтобы они продолжали подписываться на наш бюллетень. А ты хочешь скрыть от меня важную информацию!

   - Между прочим, есть вещи, о которых я не хотел бы прочитать о себе в газете, - огрызнулся парень. - Даже если эти вещи будут правдой от первого до последнего слова. И ты могла бы видеть во мне человека, не чужого человека, кстати, а не просто объект для своего журналистского расследования!

   Зря он это сказал. В ответ девушка разразилась в его адрес целой речью на повышенных тонах, минут на пять, не меньше, о том, насколько ей осточертели, ещё на Земле, ложь, двуличие, лицемерие и ханжество людей, и что, мол, именно из-за этого она решила стать журналистом. Павел с громадным трудом удержался от того, чтобы встать из-за столика и уйти, не попрощавшись.

   Потом Жанна начала расспрашивать его о стычке у здания суда. Долго выпытывала, не имеет ли Павел специальную подготовку в области боевых искусств. Парень, разумеется, ответил, что занимался карате в университете, и ещё в детстве его отец, бывший десантник, показывал ему приёмы боевого самбо. Этот ответ начинающую журналистку не удовлетворил. По её словам, любой из здешних секьюрити, за счёт боевых инплантантов, модификации организма и усвоения техники рукопашного боя путём закачки прямо в мозжечок, скушает пять каратистов и двадцать самбистов только на завтрак.

   Из этого автоматически следовало, что один каратист по крутости равняется четырём самбистам, на что Павел, как патриот отечественной системы единоборств, немедленно возмутился.