Пилот

Ну, и не стукнуться об кого-нито в воздушной пробке. Тоже помогает.

Высотомер и измеритель скорости близко не родные. В метрах и узлах меряют. Тоже с цировой шкалой. Указатель крена заменён дополнительным АРКом. Он же VOR. А в остальном – стандартная панель для двести восьмых. Пощёлкал я тумблерами. Подключил аккумуляторы, авионику, зашевелились стрелочки. В исходное положение пришли. Полюбовался я на эту красоту и пощёлкал все тумблеры взад. Рано мне винтом размахивать. А жаль.

Повернулся к хозяйке, спрашиваю:

– Миссис Фокаиду, кто может мне рассказать историю этого летательного аппарата? Какие и когда ремонты он проходил, какие с ним неприятности случались, Что на нём меняли, ну, и всё такое? Формуляры мне бы почитать? Дай, а?

Не понимает. Ладно, давай по другому. Порылся в карточках, момент у меня этот предусмотрен. Нашёл. Показал ей, Катя головкой покивала, дверку отворила и на весь ангар выдала:

– Чееезааарооо!

И ещё что-то. Наверное, подь сюда. Голос у неё в верхней точке амплитуды звонкий. И точно, на зов из каптёрки какой-то нарисовался мужик, полноватый и в возрасте уже. Лет так, с полста ему. В характерный голубой комбез прикинут. Все авиатехники мира в таких, наверное, щеголяют. Покурлыкали они, покивал он седой головой и в каптёрке скрылся ненадолго. Я тоже дверь пилотскую отворил, трапчик опустил и на бетон спрыгнул.

Вернулся поименованный Чезаре с тощей папкой, изрядно захватанной масляными пальцами. Я даже умилиться успел. Как всё это мило, как знакомо и душевно близко сердцу моему. Масляными паклями формуляры писать. Вручил Чезаре мне папочку эту и встал в позе ожидания. Я в капот потыкал пальцем и ладонью похлопал. Открывай, мол, посмотрим, что там у нас унутре, окромя неонки. Может, пробухали вы моторчик-то, без хозяйского пригляду, мои маленькие радиослушатели?

Мужик головой покивал. Догадливый. И капот распечатывать принялся, а я формуляры листаю. Интересная картина прорисовывается. Там хоть и не по-нашему расписано, но по датам, обрывкам знакомых слов и маркировкам, кое-что разобрал. Выпущен пепелац был в начале 1987 года с двигателем PT6A-114, как и ожидалось. Отработал в Кении четыре года, а потом был продан Теодору Фокаиди. В процессе предпродажной подготовки покупатель возжелал заменить родной двигатель, отработавший к тому времени более пяти тысяч моточасов на новый, более мощный PT6A-114А. Ммцу! Кроме того, он приобрёл ""про запас"" ещё один такой же двигатель. Видимо скидку ему предложили хорошую. Вероятно.

Ну негры, ну дают! Это как же надо кувыркаться, чтобы за четыре года такое время налетать. Жили они в нём, что ли, не приземляясь и невылезая? А Теодорка-то, при деньгах был, мужчина. На всю жизнь запасся. Хотя, глупая шутка вышла, поскольку он, бедолага и одного-то не изъездил.