Пигалица

Балдеет он от ее нежностей телячьих.

А я, долбо@б, не ценил, пока не потерял.

Теперь уж поздно.

За столом мы с ней оказываемся по разные края и даже вне зоны видимости друг друга. Специально нас так рассадили или нет, я не знаю, но от нервного напряжения кусок в рот не лезет. Невыносимо знать, что она в шаговой доступности и при этом не иметь возможности видеть ее.

Маринка трещит в ухо, я рассеянно киваю, туплю с ответами. Психую.

- Извини, - отодвигаю стул и поднимаюсь.

Невыносимо хочется курить, до скрежета зубов, но я держусь. Бросил еще летом. Иду вдоль стола и, проходя мимо стула Эльки, мимолетно касаюсь ее спины пальцами. Она вздрагивает, но не оборачивается.

Спускаюсь на первый этаж и сворачиваю в холл с мягкими диванами. Присев на один из них, жду неизвестно чего.

Если придет, я ее уже не отпущу. Не знаю, как я это сделаю, но к своему «любимому» она уже не вернется.

Но она не приходит. Ни через десять, ни через двадцать минут. Ей это незачем.

Выхожу на улицу и подставляю лицо мокрому снегу. Стреляю сигаретку у двух пацанов, кручу ее в пальцах, нюхаю и, так и не прикурив, ломаю и выкидываю в урну.

Мерзну на крыльце, пока ко мне не выходит Мот.

- Ты чего?

- Поехали завтра в Ельцовск в горы.

- Завтра? Там уже катаются?

Ельцовск расположен в 400 километрах к северу отсюда. Там охрененная лыжная база, на которую мы с ребятами ездим каждый год.

- Да, трассы пробили, можно кататься.

- Поехали, - соглашается Мот, - Темыча возьми, я Саньке позвоню.

Возвращаемся в ресторан вместе. Он сразу идет в зал, я сворачиваю в коридор, ведущий к туалетам. Когда до них остается не более двух метров, открывается дверь женского, и в коридор выходит Элька.

Оба замираем. Она смотрит на меня укоризненно, значит поняла, что я ее звал и не вышла ко мне осознанно.

- Познакомилась с твоей девушкой, - говорит тихо, - она сама ко мне подошла.

Молчу как дурак. Сказать нечего.

- Она приятная.

Киваю. Жадно упиваюсь ее голосом и запахом.

Элька тоже замолкает. Так и стоим, молча пожирая друг друга глазами. Трогать-то нельзя.

Нельзя, но безумно хочется. Не выдержав пытки, запускаю руку в ее распущенные волосы и обхватываю пальцами затылок."

"Ее зрачки расширяются, тело каменеет, дыхание становится прерывистым. Склоняюсь с твердым намерением поцеловать. Кажется, что умру, если сейчас же не почувствую ее вкуса.

Не дается, зараза. Отворачивается в последнюю секунду, подставляя мне щеку.

Я не теряюсь. Отказываться от поцелуя все равно не собираюсь. Прижимаюсь губами к гладкой коже, задыхаясь от эмоций, целую лицо, свободной рукой обнимаю за плечи.

- Пусти, - просит жалобно.

- Нет.

- Ден, перестань, пожалуйста. Что ты творишь?!

- Я скучаю… хреново мне…

Она крутит головой, пытается меня отодвинуть.