Союз пяти королевств. Трилогия

Притихшая было женщина рванула к провалу, да так прытко, что удержать ее не хватило сил.

– Кор! Кор!!! – она перешла на визг, понимая, почему муж не отзывается. – «Наврали. Все наврали! Мертвый он, иначе уже подал бы голос!»

– Стой, глупая! – дядька Прун кинулся наперерез, но не успел. Зденка замерла у края ямы, напоминающей огромный колодец. Брошенные вниз факелы неохотно освещали тело мужчины.

– Кор? – спросила женщина у тишины. Односельчане перестали дышать, страшась стать свидетелями трагической развязки.

Только душегрейка осталась в руках дядьки Пруна, когда Зденка шагнула в склеп.

Хор голосов вскрикнул сначала от ужаса, а потом от удивления, когда люди поняли, что беременная не полетела вниз головой, а нащупала под ногами лестницу, которая открылась под осыпавшимися камнями. Она тоже была серебряной.

– Ты поплачь, поплачь…

В яме уже было тесно. Тело Корхеля сняли с гроба и положили у стены колодца, тут же забыв о вдове. Дядька Прун гладил черноволосую женщину по голове. Она стояла на коленях и с усердием застегивала рубашку на груди мужа, распахнувшуюся от удара. Пуговицы не слушались, выскальзывали из дрожащих пальцев, но Зденка старалась привести одежку в порядок.

Три дня, всего три дня его не было дома, а она уже соскучилась. Ждала, напекла пирогов, а он… мертвый, в какой-то грязной яме…

Крышка гроба, сдвинутая усилием шестерых, с грохотом упала на пол и разломилась на несколько частей, открыв взорам пожелтевшую от времени шелковую ткань, которой был укрыт мертвец.

– Посмотри, мужчина или женщина, – прошептал староста, подталкивая под локоть Миклуша.

– С-с-сам смотри, – охотник будто ненароком сделал шаг в сторону самого большого куска серебра.

Дадарь скосил глаза на крышку гроба и, поняв намерение сотоварища по странному делу, усмехнулся. Прочитав про себя молитву, рывком отбросил шелк с лица покойника.

Миклуш забыл о серебре. Тяжелая тишина опустилась на пребывающих в яме. Вскоре прекратились и всхлипы вдовы, почувствовавшей, что за ее спиной происходит нечто необычное. Она повернула голову и, увидев, как вытянулись лица односельчан, поднялась, поддерживаемая дядькой Пруном, на ноги.

В гробу лежала женщина. На это указывало богатое платье и сетка, расшитая жемчужинами, на густых, не утративших блеск, волосах. Но лежала она… вниз лицом. Кружева на рукавах не смогли скрыть, что руки ее были скручены за спиной намертво.

– Это кто ж так над ней поизмывался? – растеряно произнес молодой охотник.

– Не о том думаешь, глупец, – оборвал его староста. – Спроси лучше, почему мы не видим тлен.

– И точно, – присвистнул Миклуш, подойдя ближе, – одежка точно сейчас сшитая, а пальцы не превратились в мощи…

– Так бывает, – дядька Прун втянул носом воздух.