Союз пяти королевств. Трилогия

Спустя час ворота распахнулись и пропустили небольшую повозку, в которой находились полная румяная женщина и черный как смоль мужчина. Комендант восседал на строптивой лошади, едва удерживая ее в узде.

– Смотри мне, – крикнул он караульному и погрозил плеткой, зажатой в кулаке.

Створки ворот сомкнулись, огромный засов надежно запер их, и караульный, почесавшись, побрел в будку. Немного посидев на скамье, он, громко зевнув, улегся и затих.

Камиль, сузив глаза, не столько осматривался, сколько размышлял. Почему охрана крепости столь беспечна? Марта рассказывала, что комендант усилил количество караульных. Но в тоже время, по сведениям женщины, никто не верил, что война доберется до горного края. Защитили крепость ловушками и успокоились? Неужели они полагают, что без колдовства Бахриманам в крепость не проникнуть?

Свон прилетела без принца, как и предполагал Камиль.

Он разузнал, что в Андауте намечается большое собрание его главных врагов. Об этом трубят чуть ли не на каждом постоялом дворе всех пяти государств. Собираются решать судьбу Сулейха. Глупцы. Не понимают, что Бахриманы не привязываются к земле. Они прорастут в любом королевстве, дай только срок объединить их под знаменем наследника Верховного жреца.

Какое глупое имя придумали сыну Халида. Петрик. И трясутся над ним, думая, что он интересен кому-нибудь из Бахриманов. Будь Халид жив, может Петр Пигеон и стал бы следующим Верховным жрецом, но брата нет. Он, Камиль, следующий Верховный жрец. Ребенок ему не нужен, он лишний, он мешает. Не за ним пришел в Дохо Камиль. За Свон.

Тихо в крепости, словно вымерли все. Накинув плащ, еще хранивший запах Марты, Камиль пробирался к проходу, ведущему к подземному озеру. Затихнув в нише, закрытой гобеленом, он терпеливо ждал, не поднимется ли кто снизу, не появится ли караул.

Если в помощь Свон отправили женщину – не страшно. Он быстро расправится и с ней.

Убедившись, что суеты нет, Камиль черной тенью скользнул к лестнице. Каждый шаг он делал как последний, затаив дыхание и стараясь, чтобы ни одна доска под ногой не скрипнула. Услышав мелодичный голос, он замер, боясь опустить ногу на следующую ступень.

– А кто у нас проснулся? – ворковала женщина. Камилю трудно было на слух определить, кому принадлежал голос, его искажало многократное эхо. – Петрик, ты помнишь свою крестную? Ну не надо хмурить бровки. Я спою тебе песенку, и ты сразу узнаешь свою Свон.

Женщина запела. Ее приятный голос разносился под сводами пещеры, а Камиль, воспользовавшись тем, что Свон отвлеклась, пошел быстрее и ступил на дно грота, покрытое плоской галькой и песком.

Он никогда не слышал, как Свон поет, но различая фальшивые ноты, морщился.

Дыхание женщины сбилось, она замолчала. Камиль разглядел ее в глубине пещеры.