Союз пяти королевств. Трилогия

Нет, не он сейчас целовал красавицу Марту, не он расстегивал нетерпеливой рукой пуговки на красном платье! Не ему со стоном отдавалась бесстыжая служанка.

– Все хорошо! – выдохнула Свон, чувствуя, что сердце покидают боль и ревность. – Я заблудилась. Бежала-бежала и никак не могла найти свою комнату.

– Ты ее все-таки нашла. Она за твоей спиной. Почему ты ушла с танцев? – Эдуард обхватил ее лицо ладонями, большими пальцами вытирая слезы.

Этот жест вызвал очередную волну слез. Эдуард наклонился и начал собирать их губами, шепча слова, которые с трудом доходили до сознания растерянной девушки.

– Успокойся, все хорошо. Тебя больше никто не обидит. Я рядом. Я всегда буду рядом.

Легкий поцелуй в один глаз, в другой.

– Я битый час стоял у двери твоей комнаты. Хотел уже пуститься на поиски.

– Я нашлась, – не выдержав, Свон сама потянулась к губам Эдуарда и приникла к ним, влажным от ее слез, шепнув на вдохе перед поцелуем. – Вот она я.

Сладко, горячо, желанно – такие слова кричала бы Свон, если бы кто-то спросил, что она чувствует. И не пила вроде вина, которое слуги разносили у костра, а голова кружится, ноги подкашиваются. Хочется лечь в кровать… Нет, на пол… Здесь и сейчас. Пусть нет ковра, пусть холодно спине, сверху ее ждет огонь, которым полыхает Эдуард.

– Останови меня, – просит он. – Сам не смогу.

– Остановите меня, – вторит Свон, отрываясь от его губ, чтобы набрать в легкие хоть сколько-нибудь воздуха. – Сама не смогу.

Когда они успели расстегнуть свои одежды? Свон не заметила. Только холодный воздух, опаливший сосок, опередив на мгновение нетерпеливые пальцы, вернул сознание. Она сейчас сделает то, за что осуждает бесстыжую Марту!

Поймав рукой тянущуюся к груди ладонь Эдуарда, она сумела выдавить из себя:

Запретное слово, прозвучавшее выстрелом, оттолкнуло мужчину, заставило одуматься, задушить бушующее желание обладать женщиной.

Свон стыдливо стала застегивать пуговицы на платье. Они не слушались, выскальзывали из пальцев, лицо горело не то от стыда, не то от недавних поцелуев.

Эдуард первый взял себя в руки. Открыв дверь в комнату, он ввел туда Свон и, подойдя к кувшину, налил воду в стакан и в чашу, в которой смочил свой платок.

– Тише. Успокойся, – шептал он, вытирая ее полыхающее лицо. Потом помог привести в порядок платье, пока Свон пыталась напиться. Вода разливалась, оставляя темные пятна на зеленой ткани.

Эдуард поймал ее руки, осторожно вытянул из них стакан и поставил его на стол.

– Я думала, вам нравится Марта. Ее вы хотите любить, – вдруг ответила Свон на вопрос, почему она ушла с праздника.

– Нет. Мне не нравится Марта. И я не хочу ее любить.

Свон закрыла губы Эдуарда пальцами, страшась услышать то, к чему не была готова.

– Простите меня, Ваше Высочество, но … я устала.