Союз пяти королевств. Трилогия

– Все-таки поцеловал, – тихо произнесла Свон с горькой улыбкой на устах. – Поцеловал, несмотря на то, что я старуха.

Но нахлынувшие видения бросили ее в жар: она, старуха, стояла перед принцем и произносила магическую фразу! А потом ясно услышала, как звякнуло упавшее кольцо! Неужели не сон?

Выпростав руку из-под одеяла, Свон пыталась в полутьме разглядеть признаки старости, но никак не могла понять, видит она вздувшиеся старческие вены или они мерещатся? Закрытые занавесом окна пропускали слишком мало света! Она лихорадочно потрогала свое лицо, но не вспомнила даже, какое оно должно быть на ощупь.

Тихий смех, раздавшийся рядом, отвлек ее от попыток увидеть то, чего нет.

– Успокойся, милая! Ты молода и красива, совсем как раньше.

Произнесенные слова и воспоминание о поцелуе заставили ее покраснеть. Она не верила, что жизнь опять изменилась! Только что она была немощной старухой, а теперь лежит, тесно прижавшись к лучшему на свете мужчине.

Еще гуще покраснев, Свон отодвинулась от Эдуарда и натянула на себя одеяло, предварительно глянув, на месте ли ее одежда. И чулки, и теплое платье оказались на месте, что вызвало вдох облегчения.

Принц опять рассмеялся. Было очевидно, что ему доставляло большое удовольствие наблюдать за Свон, а ее мысли читались, словно открытая книга.

– Ты проверяешь, не пришлось ли мне тебя раздеть? Успокойся, милая. Я снимаю одежду с женщин только с их согласия.

– Не называйте меня милой, Ваше Высочество, – буркнула Свон.

Ей не понравился намек на отношения принца с представительницами прекрасного пола. Свон поспешила выбраться из постели, для чего ей пришлось перелезть через лежащего мужчину, что опять вызвало его безудержное веселье.

– Ваше Высочество, вы случайно не знаете, здесь есть где-нибудь зеркало? – Свон хотелось оборвать этот смущающий ее смех. – Пора бы посмотреть на свое отражение: вдруг я стала похожа на одну из тех женщин, что позволяли вам снять с себя одежду?

– С чего ты так решила? – принц свел брови.

– Разве я приглашала вас в свою постель? Позволяла целовать? – Свон ревновала и не могла остановиться. Что с ней происходит? Неужели возвращенная молодость открыла сердце для любви, и теперь Свон ненавидит всех женщин, с которыми Эдуард когда-либо целовался?

– Разве тебе не понравился мой поцелуй?  – уже без улыбки произнес принц. – Он был таким нежным. Наверное, тебе больше по нраву страстные, как, например, тот, которым я наградил тебя на острове? Или ты вообще не любишь, чтобы тебя целовали? А может быть, тебе неприятны именно мои поцелуи?

Ступив на зыбкую почву, Свон не знала, что ответить. Поцелуи Эдуарда были приятны, даже желанны, но его дерзость пугала и смущала.