Пятеро смелых

О том, что пленные вовсе не спецназовцы и не сотрудники ФСБ, а простые гражданские лица.

– Согласен. Прошу вас сообщать мне любую новую информацию по нашим согражданам.

– Хорошо. Если что-либо узнаю, обязательно сообщу.

– Да-да. Когда вам удобнее выйти на связь в очередной раз?

– Возможно, завтра, в первой половине дня.

– Договорились. Завтра с десяти до одиннадцати я буду ждать вашего выхода на связь.

На этом разговор завершился.

Умабор спрятал станцию в тайник, вернулся к машине и благополучно добрался до штаба вооруженных сил сирийского крыла Исламского государства.

Прибыв в штаб, он первым делом доложил о выполнении поставленной задачи. Потом Тахир принял участие в скучном совещании, тема которого касалась последних неудач под Алеппо и в Ракке.

Затем Умабор приступил к привычной для него работе. Он ознакомился с оперативной информацией, поступившей за прошедшие сутки, нанес изменения на несколько карт различного масштаба, составил для начальника штаба доклад с данными о потерях.

Вечер прошел в суете и заботах. Лишь к семи часам наступило относительное затишье, и Тахир покинул штаб.

Он уселся в машину, завел двигатель, включил кондиционер и охладил салон. Тахир отдохнул в приятной прохладе, выкурил сигарету, послушал музыку и медленно повел автомобиль к дому, где снимал комнату.

Тот находился всего в двухстах метрах от штаба, в хорошо охраняемом квартале небольшого городка. Можно было прогуляться пешком, но двигаться не хотелось. Последние две недели выдались крайне напряженными. Умабору приходилось работать и физически, и головой. Поэтому он и воспользовался машиной.

К тому же в автомобиле можно было спокойно поразмышлять. Если просто шагать по улицам, заполненным горожанами и военными, то с этим ничего не получится.

«Как я могу выяснить, что задумал Гурди? – Тахир сморщил лоб, выкручивая руль вправо. – Наши обязанности не пересекаются, а потому и встречаемся мы не чаще двух раз в год. Он напрямую подчиняется руководству ИГИЛ. Даже начальник штаба имеет на него весьма ограниченное влияние».

Впереди показался двухэтажный дом, в котором Умабор снимал комнату. Он подъехал к воротам и посигналил.

Вскоре десятилетний сын хозяина проворно распахнул створки и приветливо улыбнулся. Машина вкатилась во двор, завернула под навес и остановилась.

Тахир покинул салон, потрепал мальчугана по темным вихрам.

– Джума, сделай одолжение…

– С большим удовольствием, дядя Тахир.

– Попроси маму сварить крепкий кофе.

– Хочешь, я сварю тебе сам?

– Еще бы! Я несколько раз готовил для отца. Ему понравилось.

– Тогда сделай ты. – Умабор улыбнулся и устало направился к наружной лестнице.

Его комната находилась на втором этаже.

Первым делом он скинул одежду, пропахшую потом, и принял душ.