Японская война 1904. Книга пятая

Чем дальше, тем больше — возможно, ты еще поймешь, какой хорошей парой он мог бы стать для тебя.

— У него уже есть пара. Та княжна из госпиталя.

— Ревнуешь? Ты тоже, считай, княжна! — Сайго только улыбнулся. — И если соберешься, я уверен, ты еще обязательно покоришь этого русского варвара. Кто бы там рядом с ним ни крутился.

Казуэ ничего не ответила, на сердце в этот момент почему-то стало теплее. Гораздо теплее, чем обычно.

Сижу, смотрю на море из окна штаба, считаю снежинки. Война на паузе, дела, кажется, делаются сами по себе, и весь мир замер в ожидании результата переговоров в Ханое. Даже у меня в штабе все начали замедляться, как будто не веря, что кто-то решится продолжить бойню.

— Говорят, пленных поменяют всех на всех, — словно просто так заметил Брюммер.

— Будет хорошо, — сразу встрепенулся Ванновский. — Сколько людей, которых пришлось ставить надсмотрщиками, сразу освободится!

— И вы считаете это нормальным? — Брюммер словно ждал именно такого ответа. — Сколько у японцев наших пленных? Дай бог, пара тысяч, а их солдат только во 2-ом Сибирском на работах почти в десять раз больше трудится.

— Как раненых поставим, будут все сорок, — меланхолично добавил Мелехов. — И скажу честно, мне бы не хотелось их отдавать. У многих из них в отличие от китайцев есть хотя бы начальное образование, в итоге все работы и стройки идут быстрее. Мы с ними и хранилища для топлива, и дополнительные дороги до шахт уже проложили. Если так пойдет, то к середине следующего года и до Пекина на самом деле доберемся.

— Кстати, они требуют новые тракторы, готовы даже больше платить, — добавил Лосьев.

— Тракторы или броневики? — уточнил я.

— Броневики. Тракторы им тоже понравились, но их они хотят заказать прямо перед сезоном.

— Странные они, конечно. Столько энтузиазма из-за уже устаревшей техники, — Шереметев оторвался от отчетов, в которых с каждым днем закапывался все больше и больше. Как бы не перегорел, но я готов был рискнуть. Если справится, то из Степана Сергеевича вполне может и генерал получиться.

— Так деньги, — пояснил тем временем Огинский.

— Деньги? Они же тратят их целые горы и готовы спускать еще больше!

— Кажется, вы упускаете одну очень важную деталь, — Огинский подошел поближе к Шереметеву и добавил трагическим шепотом. — Тратят они деньги государственные, а получают — свои.

— Поясните, — нахмурился Шереметев.

— Вспомните, как Китай покупал что-то до нас. Только с огромной наценкой! Мы же предложили им броневики по общим для всех ценам и… Как вы думаете, стали ли они прописывать это официально? Я вот уверен, что порядок цен в официальных документах указан совершенно обычный.