Пять мгновений любви (СИ)

Ярослава счастливо улыбнулась, а по её щеке стекла слеза. Она знала, что не скоро услышит от него заветные три слова. Рана была слишком глубока, но она гордилась и восхищалась им: Юра смог довериться и потихоньку открывался ей. Решил попробовать строить их будущее, не смотря на свои страхи.

А слова… Они ей не нужны. Ими наполнены его действия: взгляд был жарче пожара, прикосновения пропитаны нежностью, а то, как он крепко прижимал её к себе, равнялось сродни миллионам “люблю”.

Яра обхватила его лицо пальчиками и прошептала:

— Мне тоже, только ты.

Всё тело будто сгорало изнутри. Жар разливался по нему, как тёплое молоко, заглушая боль, заставляя расслабляться и растворяться в ощущениях, таких новых, но не забываемых. Её тело распадалось на атомы и собиралось вновь и вновь, чтобы получать и самой дарить любовь и ласку.

Они раскачивались на волнах удовольствия. Он продолжал шептать ей что-то ужасно интимное и приятное, пока его движения не стали ускоряться, наполняя комнату характерными хлюпающими звуками и участившимися стонами.

В себя она пришла только, когда Юра обессиленно лёг рядом. Наслаждение забрало все ее силы, отчего собственное тело казалось чужим, ноги и руки ватными, а сладостная истома превратилась в сонливость. Они синхронно посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Это похоже на безумие, — поделился он.

— Каждый раз, когда я думаю, что ты ушла безвозвратно и я тебя больше не увижу, ты падаешь, как снег на голову.

Он внимательно рассматривал её, словно хотел досконально изучить и запомнить. Если взглядом и можно было сжигать, то именно таким. Она кожей ощущал, как он скользит по ней, останавливаясь на губах, шее, на острых ключицах и груди, обильно покрытой его следами.

— Ты выглядишь так… — она уже приготовилась слушать очередной комплимент, от которого потом становилось смешно, но на удивление он закончил: — порочно.

— Надо же, а я думала, что сейчас будет что-то в духе: "так горячо, как острый Доширак с мясом".

— Ц, — Юра закатил глаза и рассмеялся. — Я бы до такого не додумался.

— Насчет крысолова ты же додумался.

— Пойдем в душ, болтушка.

Ярослава дразня показала ему язык, о чем в следующую секунду пожалела, потому что он взял ее на руки вместе с простыней и отнес в ванную, где включил ледяную воду, слушая верещания и обещания, что она его защекочет до полусмерти. Угрозы подействовали.

— Итак, мой абонемент на твою кровать продлен, и мне очень понравился такой процесс продления, — Яра тихо хихикнула, стоя под струями теплой воды и наслаждаясь тем, как Юра своим гелем для душа скользит по ее телу.

— Хочу видеть тебя в своей кровати и днем, и ночью.

— Какой ты ненасытный, — промурлыкала, заигрывающе скользя пальчиком от груди вниз, как делала в новогоднюю ночь.