Пестрые человечки

 — Тоже мне, любящая тетушка. Первая и то лучше была!

— Твоя подруга чем-то озабочена? — поинтересовалась тетя Фелисия.

— Ничего, простудилась в поезде, — ответила Мариша, так как Инна как раз в этот момент фыркнула особенно громко.

— Но я так и не поняла, Мариша, почему же ты поверила, что та Шлюпикова и есть твоя тетя? — забыв про Инну, вернулась тетя Фелисия к интересующей ее теме. — Ну, сначала еще можно понять. Ты растерялась и все такое. Но потом? После того, как ты увидела ее паспорт и поняла, что она вовсе не та, за кого себя выдает? Меня ведь зовут Фелисия. И фамилия у меня совсем другая.

— А та, первая тетка сказала Марише, что фамилию она поменяла после замужества, — бросилась на защиту подруги Инна. — Между прочим, как и вы. А еще она сказала, что имя Фелисия ей никогда не нравилось, так что его она сменила еще в шестнадцать лет. И, по-моему, вполне разумно. И потом, Тамара Ильинична ее тоже признала! Ту, первую тетку!

— Как так? — неприятно поразилась тетя Фелисия. — Мариша, твоя мама признала в той женщине меня?

— Да, как только та тетка приехала, то сразу же ударилась в воспоминания, — ответила за Маришу Инна. — И Тамара Ильинична тоже помнила все те байки вашей семейки, о которых рассказывала первая Маришина тетка.

— Семейные байки! — прошептала тетя Фелисия. — Мариша, почему твоя подруга так неуважительно отзывается о семье твоего отца?

— Потому что ваша семейка никакого почтения ни у одного нормального человека вызвать не может! — парировала удар тети Фелисии вместо онемевшей Мариши сама Инна. — И честное слово, если бы это вы явились в гости к Марише и это вас бы похитили незнакомцы, я бы пальцем о палец не ударила, чтобы вас спасти!

— Какое хамство! — пробормотала тетя Фелисия. — И за что? Мариша, огради меня от оскорблений твоей знакомой. Я у себя дома и могу рассчитывать на уважение.

— Только из-за того, что вы у себя дома, никакого уважения я к вам не испытываю, — упрямо твердила свое Инна, которой шлея попала под хвост. — И вы ничуть не лучше своего братца. Знали, что он оставил дочь и жену, но даже не пожелали за все это время хотя бы поинтересоваться, как они живут. Эгоисты вы с вашим братом, вот что!

И сделав это заявление, Инна поднялась и со словами: «Мариша, я жду тебя на улице!» — прошествовала к дверям и скрылась из виду. Мариша еще ненадолго осталась у тетки.

— Тетя, так вы уверены, что фамилия Шлюпикова вам лично ни о чем не говорит? — спросила она у тетки Фелисии.

— Нет, — решительно покачала та головой. — Людей с такой фамилией я не знаю. И даже среди моих дальних знакомых Шлюпиковы мне тоже не встречались.

— Папа мне говорил, что вы художница, — сказала Мариша.

— Твой отец все перепутал, — вспыхнула тетя Фелисия.