Пестрые человечки

Можно подумать, нужны ему ее чулочки да трусики. Он на этих красоток в своей студии и без того насмотрится за день до тошноты.

— А кто у нее муж? — осторожно спросила Мариша. — Он ревнивый?

— Бог его знает, — вздохнул Игорь Витальевич. — Художник какой-то. Я картинами не интересуюсь. А тем более всякой современной мазней, даже если эту мазню создает мой родственник. Рябчиков его фамилия или Грачев.

— Но не Шлюпиков? — спросила у отца Мариша.

— Нет, точно не Шлюпиков! — заявил Игорь Витальевич. — Такую дурацкую фамилию я бы уж запомнил.

Мариша вздохнула. Определенно ее папаша был не очень-то в курсе личной жизни тетки Фелисии. Муж художник — это же когда было! С тех пор у тетки, по ее собственным словам, сменилось еще два мужа.

— А вы давно видели тетку? — спросила у отца Мариша.

— Дочка, да что ты мне все «вы» да «вы»! — возмутился Игорь Витальевич. — Я же твой отец как никак.

— Вот именно что никак, — пробормотала себе под нос Инна, но Игорь Витальевич не расслышал и потому ничуть не смутился, а может, и расслышал, но все равно смущения не проявил.

— Так давно ты видел тетку Фелисию? — спросила у отца Мариша.

— Порядочно уже, — кивнул Игорь Витальевич.

— А ты знал, что она сменила фамилию? — спросила у него Мариша. — И имя тоже.

— Да? И имя? — удивился Игорь Витальевич. — Нет, не знал. Но, честно говоря, не удивлен.

— Почему? — спросила Мариша.

— Говорю же, с головой у твоей тетки всегда было немного не того, — ответил Игорь Витальевич. — С прибабахом она уродилась. Не знаю уж и в кого.

И он пожал плечами с искренним недоумением.

— Так когда ты последний раз ее видел? — спросила у него Мариша.

— Дай подумать, — почесал подбородок Игорь Витальевич и замер в задумчивости.

Получилось это у него очень впечатляюще. При одном взгляде на него сразу становилось понятно, что человек занят сложнейшим мыслительным процессом. Даже Лида, заглянувшая в кабинет с подносом, на котором стояли чайник и чашки, молча поставила поднос на стол и так же молча ретировалась. Наконец Игорь Витальевич пошевелился.

— Думаю, что лет пятнадцать мы с Фелисией уже не виделись, — сказал он подругам.

— Так давно! — расстроилась Мариша.

— Так и повода не было, — ответил ей папочка. — Большой любви мы друг к другу и в детстве не питали. А со временем и вовсе отдалились. К тому же она живет в Москве, а я перебрался в Питер. А почему тебя это расстраивает? — вдруг спохватился он.

— Ты, наверное, и адреса ее не знаешь, — вздохнула Мариша. — За пятнадцать лет человек несколько раз мог сменить место жительства.

— Только не Фелисия! — воскликнул Игорь Витальевич. — Вторую такую домоседку не скоро найдешь! Она к своему дому привязана просто фанатически. И никуда она не переехала.