Песочные часы

Жаль, что никогда больше не увижу Карен и Фей, мне будет их не хватать. И норины Мирабель тоже.

Когда стемнеет, я должна взять сына и вещи и выйти на соседний перекрёсток, где будет ждать Тьёрн. Ни в коем случае не позднее одиннадцати, иначе из города не выпустят: закроют последние, Кастрийские ворота, через которые завозили продовольствие. А откроют их только в шесть часов утра.

Ворота сегодня и так держали открытыми дольше положенного часа (половины десятого в зимнее время) в виду предстоящего королевского праздника: продукты во дворец должны поспеть в срок.

Уложила сына, плотно поужинала, благо желудок позволил, посидела немного с госпожой.

Норина Мирабель ушла спать в начале одиннадцатого — значит, остальные слуги тоже скоро заснут.

Вернувшись к себе, спрятала в нательном белье самое ценное — деньги и драгоценности. Монеты в один кошелёк не положила, разделила цейхи, серебрушки и медь. Золото мне в ближайшее время не понадобится, а остальное должно быть под рукой.

Переоделась, ещё раз проверила, всё ли взяла, стараясь не разбудить, тепло одела Рагнара. Осторожно выглянула в коридор, прокралась к кладовой и забрала сумки. Возвращаясь, посмотрела на часы — без десяти одиннадцать. Ждать дольше нельзя.

Помолившись Шоану, устроила в перевязи из шали снова засопевшего Рагнара: заняты у меня руки, иначе никак, — подхватила сумки и, крадучись, спустилась вниз.

Сердце уходило в пятки от каждого звука, даже воображаемого. Когда заметила отблеск свечи, и вовсе чуть не задохнулась.

Шоан, ну почему они не спят? Судачат, наверное, косточки знакомым и незнакомым перебирают.

Свет падал с верхней площадки лестницы, с этажа, отведённого слугам. Радовало, что слабый, отблески, — из приоткрытой двери или коридора.

Оставалось уповать на то, что никому не придёт в голову выйти на лестницу или сбегать на кухню за чем-то вкусненьким. Кухня, увы, была самым опасным и часто посещаемым местом. А чёрный ход рядом с ней. Не совсем, но в двух шагах.

Так и есть — на кухонном столе свеча. Но голосов не слышно.

Будь что будет, обратной дороги нет!

На цыпочках миновала опасный участок, стараясь не отбрасывать тени, юркнула в спасительную темноту, медленно, не производя шума, отомкнула запор и скинула с петли крючок. На меня пахнуло холодом и свободой. Опьянённая, я легко подхватила сумки и выбралась наружу, не забыв притворить дверь. Надеюсь, не поднимется ветер, а то начнёт хлопать. Или сквозняк привлечёт внимание полуночниц. Кстати, знать бы, где они. Наверное, вышли по нужде. Хорошо, что не лето, а то и во дворе могла бы встретить.

Дальше — к задней калитке. Её в ночное время охраняет пёс, но Черныша я давным-давно сделала союзником, не забывая делиться вкусненьким.