Роза песков

Конечно, он еще поговорит вечером с сестрой, чтобы проверить правильность собственного решения, но все же…

Идя к выходу, Рейг аккуратно сделал два быстрых шага с тем, чтобы шагать за управляющим Кортом и фарандом Бушаром максимально близко – он не хотел пропустить ни одного слова из разговора, и то, что он слышал, вызвало у него легкий озноб.

«Конечно, по местным меркам, фаранд – мысленно перевел Гуруз для себя, это как айнур, а ридган – это сильно выше, но ведь Нариз уже показала свой дурной характер! Да, местные жители не держат по нескольку жен, да и этот, как его там, ридган Леон… Он помоложе предыдущего жениха, но кто его знает, не упрется ли сестрица?!»

Сестру Гуруз любил беззаветно и преданно – мальчишка он или нет, но прекрасно понимал, что тогда, рискуя собой, она вжала его в землю и тем спасла обе жизни – и свою, и его, Гуруза. Она не стала вести себя так, как повела бы почти любая женщина, когда он мотал ей нервы, и кричать, что все золото ее. Она заботилась и любила его. Да и просто – она его родная кровь, и эта связь нерасторжима даже Богами."

"Однако, в этой ситуации Рейга смущало то, что приемный отец, похоже, не знал некоторых тонкостей их побега. Ну, то есть ему рассказали, что он с сестрой был в пустыне, а потом на лагерь напали, и они все это видели…

Только Нариз явно умолчала о том, как именно она с братом оказалась в пустыне. Сейчас юный наследник Контеро испытывал странное раздвоение, не слишком понимая, что нужно делать – рассказать ли Нариз о том, что ей грозит новое сватовство, либо, напротив, предупредить приемного отца о том, что характер-то у доченьки ого-го и новость о замужестве ее может и не обрадовать.

Глава 32

Глава 32

Пятый день подходил к концу – приемная картарга Сереста закрывалась, и Нариз молча спускалась по широченной мраморной лестнице, в толпе таких же безнадежных неудачников…

Писаря, чтобы составить прошение, ей прислал на дом фаранд Миронг, дай ему Боги здоровья. Документ был составлен по всем правилам и заверен ее личной печаткой.

Уже пять дней, с самого раннего утра, она приезжала к роскошному белокаменному дворцу местной мэрии, поднималась на второй этаж и безнадежно простаивала в огромной душноватой приемной, дожидаясь пока объявят начало церемонии, а потом, в конце дня, всех попросят удалиться, так как: «Прием окончен!».

За эти дни самого картарга она так и не увидела – он явно пользовался другим входом. Монументальные двери, покрытые резьбой и позолотой, охраняли вооруженные до зубов офицеры.