Замок из песка

Но ни о каком возмещении материального ущерба речь не шла! Я просто заметил, что ваш уход будет связан с некоторыми неудобствами для театра… Ну, что греха таить, хотел удержать самую талантливую и красивую балерину! Уж простите меня, старика… А по поводу Вадима Анатольевича… Вы, в общем, правы: я знаю о случившемся только с его слов, поэтому вам решать — извиняться или нет. Но мне бы хотелось, я подчеркиваю, и сейчас хотелось бы, чтобы вы попросили прощения у немолодого уже человека. А то вино в лицо! В самом деле, дикость какая-то…

Я молчала, не выказывая абсолютно никакого желания поддерживать разговор. Хозяин выдержал паузу, понял, что ответа не будет, и кивнул каким-то своим мыслям.

— Ну что ж, — он встал и подошел к сейфу. — Если вы действительно так серьезно обижены и твердо решили уйти из театра, я могу только выразить свое сожаление по этому поводу. Ну и, естественно, выплатить вам оставшийся гонорар…

Антон едва заметно усмехнулся. Я нахмурилась. Деньги, конечно, были нужны, но перспектива принять их из рук Константина Львовича совершенно не прельщала. Да и потом, за эти жалкие доллары я уже успела и поползать под столом, и получить коньяком в лицо.

— Спасибо, гонорара не нужно, — я поднялась из кресла. — Оставьте его в качестве компенсации за мой уход. Я хочу точно знать, что между нами не осталось долгов.

— Абсолютно точно! — Хозяин развел руками. — Никаких долгов. Удачи вам, Настенька!

И всего на долю секунды в его взгляде промелькнула откровенная, мерзкая злоба.

Впрочем, с Антоном они распрощались довольно тепло, наметили какую-то деловую встречу, пошутили по поводу рыбалки. Дослушивать до конца милый треп Константина Львовича я не стала. Предпочла выйти в коридор.

Антон появился через минуту.

— Слушай, подожди немного, — сказала я, отлепляясь от стены. — Только с девчонками сбегаю попрощаться.

И тут же побледнела от стыда и ужаса: во-первых, потому что обратилась на «ты», во-вторых, оттого, что повела себя так, будто само собой разумелось, что он повезет меня домой. Тут же торопливо и неуклюже залепетала что-то про то, что меня, если не трудно, нужно подкинуть до метро. Подчеркнуто «выкала» и, не зная отчества, избегала произносить просто имя.

— Стоп, стоп! — прервал меня Антон. — Во-первых, на «ты», по-моему, лучше? Как тебе кажется? А во-вторых, маршрут давай обсудим по дороге.

Я торопливо согласилась и смылась к девчонкам, чтобы не смотреть в его разноцветные насмешливые глаза."

"А с каким восторгом в раздевалке было принято известие о моем освобождении! Я сияла, как красно солнышко, и, кривляясь, изображала Константина Львовича, заверяющего меня в том, что никаких долгов между нами нет и быть не может. Девчонки смеялись.