Замок из песка

Только вот как быстро этот вопрос решится?

— А работу мне здесь найти никак нельзя? В садике там нянечкой? Или уборщицей? — неуверенно поинтересовалась я, стараясь не слишком откровенно истекать голодной слюной.

— Нянечкой! — Жанна Викторовна насмешливо покачала головой. — Нянечки-то, конечно, нужны. Только кто тебя, лимиту, без прописки возьмет?

Смешное слово «лимита» ассоциировалось у меня почему-то с фильмом «Москва слезам не верит», фабричным общежитием и толпой деревенских девушек, приехавших в столицу по специальному набору чернорабочих.

— Да я не лимита, честное слово. Просто приехала в Москву по личному делу. Мне же не на предприятие устроиться, а в любой захолустный детский садик.

— Не лимита? А кто же ты? — Моя спасительница подвинула ко мне блюдце с порезанными солеными огурцами. — Раз московской прописки нет — значит, лимита и есть. И с милицией на улице тебе лучше не встречаться…

Закончив варить малиновый кисель, она уже окончательно устроилась за столом и блаженно вытянула уставшие за день ноги.

— Ты по специальности-то кто? — В голосе ее слышалось ленивое, вялое любопытство. — Не повариха, случайно? А то бы я тебя к своему бизнесу привлекла, заработала бы хоть на хлебушек в дорогу… Меня что-то в последнюю неделю гипертония замучила, тяжело самой по жаре таскаться.

— Вообще-то я — балерина… — Я хотела сказать про то, что готовить все равно умею и развозить продукты по рынку могу очень даже прекрасно, но Жанна Викторовна уже удивленно округлила глаза:

— Балерина? Настоящая? То-то смотрю, ты такая худющая!.. А чего тебя в Москву-то понесло? В Большой театр, не иначе?..

— Нет, не в Большой. Просто нужно было найти здесь одного человека. Мне, в общем, и на работу-то нужно устроиться, только чтобы продержаться, пока его разыщу.

— Родственник что ли? Или любовь большая?

— Любовь, — я смущенно отложила вилку на край тарелки. А хозяйка всплеснула загорелыми руками:

— Надо же! И балерина! И за любовью полстраны проехала! Ну, у меня сегодня не день, а просто цирк какой-то…

Через полчаса она уже знала всю нехитрую историю моей любви к Алеше Иволгину. В подробности я, конечно, не вдавалась и о Саше Ледовском умолчала, но в основном рассказала все честно.

— Да-а, — протянула Жанна Викторовна, дослушав печальный финал про украденные в такси деньги, — была бы ты моей дочерью, положила бы поперек лавки и ремнем высекла. И женатый он, и ребенок взрослый, и знать о твоей любви ничего не знает! Да еще и искать твоего танцора неизвестно где!.. А так, со стороны послушать, просто как в кино получается!

Я, опустив глаза, теребила край вышитой мережкой льняной салфетки.

— С другой стороны, жалко тебя! Такой путь отмахала, чтобы обратно домой вернуться и без мужика, и без денег?..