Горсть песка-12

Подвал кольцевой казармы 333-его стрелкового полка…

Пламя пожара освещает лежащую на бетонированном полу раскрытую «Записную книжку командира» в зелёном коленкоровом переплёте.

Сквозняк перелистывает страницы…

Заметки…про заготовку сена…ремонт сбруи…Обращает на себя внимание «Список красноармейцев, совершивших кражи».

Потом- штрихи и загогулинки, которые оставляет человек, высиживающий скучные часы на партсобрании…

Затем как-то резко, без перехода:

«1. Станков. пу. Доорганизоваться

2. меропри (зачёркнуто) разбить участок

3. Организовать охранение

Следующая страница: «24. VI.41

1. Прибрать свой участок

2. Умерших- собрать. оч. большие потери. тяжёлая атмосф. от разложения трупов. Валит с ног малосильных и легкораненых.

3. Боеприпасы. малое наличие (?) где взорван склад поискать

4. Исключит. тяжёлое положение с ранеными, из-за отсутствия условий, медперсонала и медикаментов.

5. Запас продовольствия- только конфеты, печенье и сахар. Стало трудно с водой»

Далее в записной книжке идут только белые листы…(из фондов Музея-заповедника Брестская Крепость)

Это же время. Тот же подвал- только другой отсек, отделённый глухой стеной, крайний западный отсек, ближайший к Тереспольским воротам.

Назвать помещение госпиталем- можно только потому, что в нём лежат и сидят, прислонившись спинами к кирпичным стенам- раненые…Много раненых…

Тяжёлый смрад гниющей человеческой плоти, застарелый запах засохшей крови…стоны, бред…

Вот у стены- знакомая нам пара…У Мохнача- перевязаны обе руки, повязка скрывает левый глаз…Клаша пытается напоить его с ложечки- очень плохо получается…Драгоценная вода проливается из уголка рта.

Два пограничника заносят и бережно укладывают на свободный от тел «пятачок» пола — лейтенанта Кижеватова…Их сопровождает Лерман, сокрушённо покачивающий головой.

Кижеватов приходит в себя, открывает воспалённые глаза, видит над собой склонившееся заботливое лицо оперуполномоченного…Что-то пытается сказать…

Лерман наклоняется поближе.

Кижеватов, с трудом размыкая запёкшиеся губы: «Ты… правда хотел… в Погранвойска…. перевестись?»

Лерман: «Виноват, было такое желание!»

Кижеватов: «Когда я…фуражку мою… возьми…заслужил…»

Лерман молча, глотая слёзы, старается ободряюще улыбнуться…

Это же время. Небо над Брестом.